Вот почти что точно также упала челюсть у меня, когда я вернулся в общежитие. В моей комнате пахло едой!
Да-да! Самой настоящей едой!
И не было чужих слуг, Оксаны в фартучке и вообще — в комнате гоняла только одна Чопля. А на столе… Утка, покрыта такой оранжевой корочкой и выглядела так аппетитно, что казалась пластиковой. Дичь окружали тушеные овощи, сморщенные от жара, но без подгорелых бочков. Зелень раскинулась на отдельном блюде, поблескивая каплями воды на листьях петрушки и кинзы.
Салаты выглядывали из салатниц, маня своими порезанными кусочками. Я насчитал четыре салата. Хлеб явно резали по линеечке, иначе у меня не было никаких мыслей относительно тех ровных ломтей, какие лежали на блюдечке.
Я даже заглянул под кровать, за шкаф, под стол — нигде не было ни одного слуги или служанки. Но также не было пыли и грязи! Всё было чисто вычищено и вымыто!
— Ты чего там лазишь? Садись лучше за стол, или я зря полдня готовила? — возмущенно спросила Чопля.
Я даже подошел к двери, открыл её и посмотрел на номер — моя ли это комната? Номер на комнате подсказал, что моя.
— В чем подвох? — спросил я у опустившейся на стол пикси.
— Какой подвох? — тут же надулась она. — Я тут летаю, стараюсь, а он всё подвохи ищет… Никакого подвоха, только настоящая и трудная работа. Трудовые мозоли, пот и кровь! Ты чего, Эдгарт?
В её голосе послышались слезы.
В голове даже промелькнула мысль — а может зря я на неё наезжаю? Может она и в самом деле исправилась? Может вот это вот всё результат моих многолетних наставлений, моих нравоучений и моего нытья?
И теперь всё пойдет как надо? Теперь она станет настоящей служанкой, какая уважает и любит своего господина?
Мысль мелькнула, хотела расцвести буйным цветом, но тут же её сдуло прочь. Я кое-что заметил…
Когда вы ленитесь готовить ужин, то можно заказать еду доставкой. Примчится улыбчивый курьер и вы заберете у него хавчик. Ужин есть! Без пыли, без лишней затраты сил, без нервов о том, что пересолил.
Вот только если вы хотите показать, что вы сами это всё приготовили, то лучше всего спрятать контейнеры с едой подальше, а не складывать их за занавеской!
Чопля была настолько ленива, что очень плохо скрыла следы своего мелкого преступления. Я бы может и не заметил, но пластиковый бочок сам по себе выглянул из-за шторки, когда налетел сквозняк. «Папа Шонс» выпускал весьма приметливые контейнеры. Такие можно было узнать с первого взгляда.
Значит, маленькая засранка снова весь день провалялась на кровати, а перед моим приходом просто заказала еду и теперь валяла дурака?
— Прости меня, моя маленькая шалунья, я был не прав, — покачал я головой. — Ты в самом деле исправилась и зря я вообще на тебя наводил напраслину.
— Вот-вот, а ведь я старалась, — всхлипнула Чопля и потерла нос кулачком.
— Я знаю. Я очень сильно перед тобой виноват… Чем я могу искупить свою вину?
— Ну не знаю, — снова всхлипнула служанка. — Может, повышение зарплаты сможет чуточку вылечить душевную рану?
— Намного надо повысить? — поднял я бровь.
— В идеале в два раза… но можно подумать и о половине, — тут же спохватилась Чопля, видя мои нахмурившиеся брови. — А что? Я же старалась! А сейчас инфляция! А я молодая! Пусть у меня желудок как у котенка, но сил для игр и роста нужно ой как много!
— Безусловно, — кивнул я. — Такой порядочной и умной служанке нужно повышение. Ты же старалась…
— Да! — Чопля снова подпустила слезу. — А готовить было так трудно… Хнык! А утка такая тяжелая… Хнык! А картошка такая грязная… Хнык-хнык! Надо бы зарплату всё-таки в два раза увеличить!
— Твоя правда. Я её обязательно увеличил бы, но вот мне всё никак не дают покоя те коробочки, которые стоят за занавеской, — я подошел к окну и отдернул штору, обнажив следы преступления. — Ого, да тут ещё чек за клининговые услуги. Опять деньги из кармана вытащила, проходимки кусок?
— Чо пля? Какие деньги? Тех кладбищенских охламонов? Так там и моя доля была! — взвилась Чопля. — Мог бы и спасибо сказать, между прочим…
— Спасибо за то, что сперла у меня деньги и на них наняла уборку и купила еду? — удивился я. — Так это я и сам мог сделать! Зачем мне тогда служанка-то?
— Ой, да ладно тебе, — махнула ручкой пикси. — Поднимаешь тут шум из-за фигни всякой. Садись лучше есть, пока всё не остыло.
— Тебя только могила исправит, — покачал я головой. — Вот видел же вчера свежую могилку — надо было тебя туда засунуть на пару деньков…
Уже после того, как поели, Чопля откинулась на спинку дивана и, поглаживая живот, проговорила:
— Ладно, уговорил, зарплату можно поднять наполовину.
Я кинул в неё тапком. Промахнулся. Специально. После такого выплеска эмоций начал собираться на вечеринку к Разумовской. Всё-таки мне хотелось увидеть глаза Оксаны.
Как оказалось, подъезжать на такси в гости — считается дурным тоном для аристократов. Савелий Говардский объяснил, что на такси можно уехать, но вот приехать — обязательно на машине с шофером. Это показывает статусность приехавшего. Причем, чем дороже машина, тем круче гость.
