Гаррет и его близкие оказались по разные стороны баррикад. Старые законы пожрало магическое пламя, и теперь ничего не будет так, как прежде. Лидеры Братства достигли своей цели. Но получили ли они то, чего так рьяно желали? Все это уже не имеет значения. Из ловушки между мирами вырвался тот, о чьем существовании заклинатели даже не подозревали. Кто он? Друг или враг? Неизвестно. Только одно ясно совершенно точно: он тот, с кого все началось.
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Кровавое пятно медленно расползалось по снежному покрывалу. В остекленевших глазах молодой женщины читался ужас, а на губах застыл немой крик. Разметавшиеся волосы припорошил снег, как и разорванную одежду.
Морозный воздух, пропитанный вязким запахом крови, будоражил и приводил в экстаз. Фенрир широко ухмыльнулся, поднял с земли бутылку с недопитым виски и устремился прочь от места преступления. Утром в новостях сообщат о жестоком убийстве, пятом за минувшие два месяца. Только Проклятого это мало заботило. Ему не верилось, что он вновь дышит воздухом, щурится от яркого света и слышит людские голоса. Энгар больше не был его тюрьмой, но мысли вновь и вновь возвращались в место, окутанное вечными сумерками. Туда, где он забирался под своды пещер, желая отдохнуть, где размышлял о прошлом и где каждый новый день не отличался от предыдущего.
Ему удалось вырваться, пусть благодарить за это нужно сумасшедшего фанатика. Лихорадочный блеск во взгляде, трясущиеся руки: таким он увидел Лиама Рималли, когда пришел в себя. Заклинатель упал на колени и принялся клясться в верности ему и Кхалессе. Желание сломать хребет жалкому созданию подавила связующая магия. Смерть мага разрушила бы заклятие, вернувшее его из чистилища. Сукин сын все продумал.
Из памяти Маккивера Фенрир почерпнул много полезного об этом человеке. Манипулятор, лжец и безумец. Как и все остальные лидеры Братства. Они свято верили в свое предназначение и долг перед предками, поклявшихся вернуть свою Госпожу. Но в их помыслы забралась алчность, истинное наследие оказалось утрачено. Возможно, их просто заставили забыть. Историю, как известно, пишут победители.
Немногочисленные прохожие оглядывались ему вслед. Фенрир с удовольствием отмечал внимание юных девушек. Их томные взгляды, улыбки. Они сами шли в логово волка.
Переливы огней освещали ночные улицы. Его завораживал изменившийся за тысячи лет мир и в тоже время раздражал. Он путался в своих ощущениях: если бы не Маккивер, то понадобилось бы куда больше времени, чтобы все осознать. Дикарь из далекого прошлого, вот кем он являлся по сути.
Второй шанс на жизнь выпадает не каждому, как и возможность измениться. Он не собирался отказываться то того, что однажды потерял. Напротив, он готов был бороться. Снова. Ему нравилось это тело. Сильное, выносливое. Только к внешнему виду пришлось привыкать. Светлые волосы и бледная кожа. Фенрир помнил себя другим. Темноволосым, загорелым. Он был куда сильнее, был един с внутренним Зверем. Гаррет же, отгораживался от второй сути. Строил стену, глушил чувства, цеплялся за воспоминания и людей – несмотря на то, что их жизни скоротечны.
За спиной раздался скрип тормозов. На губах Фенрира отразилась усмешка, он резко развернулся.
Громкий гудок, визг шин, брань, звон стекла, скрежет металла. Авто вписалось в припаркованную у обочины машину, в нескольких шагах от Проклятого. Мужчина выбрался наружу, громко вспоминая всех святых вперемешку с ярыми приспешниками дьявола и рассматривая помятое крыло автомобиля.
– Ты что, ненормальный!? Жить надоело!? Какого чер…
Слова перешли в хрип, Фенрир молниеносно сжал горло несчастного. Наслаждаясь страхом, бешеным выбросом адреналина, прижал его к машине, равнодушно наблюдая за жалкими попытками освободиться. Зверь ликовал и предвкушал. Ему было мало пролитой крови.
Человек трепыхался, как выброшенная на лед рыба.
– Ты же не хочешь, чтобы пострадал кто-то еще?
Фенрир посмотрел по сторонам и замер. Боковым зрением заметил на переднем сиденье стопку бумаг и газет. Заголовок верхней из них гласил:
«Человечество на пороге величайшего открытия».
В свете приборной панели, на черно-белых снимках он узнал знакомые очертания берегов и скалистых вершин.
Смертному повезло. Он отпустил мужчину и, чтобы не мешался, приложил головой к открытой дверце. Бедолага навзничь упал в снег. Допив остатки виски, Проклятый бросил бутылку под ноги и потянулся за газетой, внимательно прочитал статью несколько раз.
– Самой Мааре было угодно свести наши пути, – обратился он к горе-водителю и, свернув газету, убрал во внутренний карман куртки.
Художник-иллюстратор Елизавета Метлинова, 2015 год.
