Она спешила. Уроки о поведении в экстремальных условиях сразу же взметнулись из небытия в ее голове. Она твердо знала, что ее единственный шанс – это скорость. Внезапность и бессердечность, но главное
Побыл тюрьмой, теперь побудет и убежищем.
«Вот и еще один способ убить демона, – отметил про себя Судья. – Убить надо быстро и неожиданно». Пес удовлетворенно отметил, что демон не успел раскрыться и взять на себя урон. Произошедшее напомнило ему, как умер Джекоб. Пес тогда действовал интуитивно и также не позволил черной мгле полностью выйти из тела горе-бойфренда Киры.
Из уродливого стального шкафа послышалось утробное кошачье рычание. по-видимому, она его не заметила и не поняла, что случилось с Бюве.
– Кира? – пес помахал лапой перед темным зевом люка. – Не атакуй, это я.
Рычание прекратилось и все смолкло. Пес осторожно запрыгнул на крышку шкафа и с опаской заглянул внутрь.
– Ты слышишь? Кира? – он видел, что кошка вжалась в дальний угол и больше всего сейчас напоминала сильно испуганную шапку с выпученными глазами.
– Фауст? – наконец нерешительно переспросила она.
– Ну а кто еще, – буркнул он. Торопить ее он не хотел. Жопой чуял, что не следует.
– Они сказали, что ты умер, – донесся со дна самодельного комнатного танка недоверчивый голос.
– Конечно. А что еще они могли тебе сказать? – молчание. – Ты вылезать собираешься, или тебе там комфортно?
Со дна донеслось робкое шуршание, и он различил движение в сторону выхода. Нехотя, но в то же время как-то машинально он протянул руку внутрь и помог кошке выбраться. Несколько секунд они друг друга разглядывали. Пес хмурился. Гнев в нем боролся с сочувствием. Такой ящик и без развитой клаустрофобии страшная штука. Чего же стоило там посидеть ей. Наконец он заметил на ее лице и теле ссадины и чаша милосердия перевесила.
– Тебя что, били? – и сразу же снова раздражение захлестнуло его при мысли о том, какой опасности она себя подвергла. – А вот не жалко ни капли. Ты зачем из лесу ушла?
– Они сказали, что ты умер, – упрямо повторила кошка. Ее ощутимо трясло.
– Меня трудно убить. Но в этот раз я был к этому близок, черт возьми. Кира, мать твою за ногу! Ты не представляешь, что мне пришлось пережить там из-за тебя! Почему ты не дождалась меня?
– Я… – она съежилась и виновато опустила взгляд.
– Ты же лес заколдовала, дура! Я не мог отступить! Понимаешь, нет? Мне некуда было отступать! Что ты свою жизнь ни во что не ставишь, это я уже понял. Но тут же ты не одна! Это вообще ни в какие ворота не пролезает, Кира! – он эмоционально махал руками перед ее застывшим лицом. – Это не этично, это не профессионально и просто… просто глупо! Если мы партнеры, то я хочу рассчитывать на тебя! Я хочу быть в тебе уверенным – что если мы о чем-то договорились, то ты это сделаешь. Если ты сказала, что будешь ждать в лесу на поляне, то там я тебя и найду.
Он потер переносицу, сжал лапами виски. Глубоко вздохнул и продолжил.
– Хорошо, что я вовремя вспомнил про твой лесной заговор. А потом еще и догадался, что тебя там и след простыл. А то бы сейчас был там и блуждал в трех соснах. Ты об этом подумала? Или в этом был твой план, и тебе зачем-то понадобилось от меня избавиться?
– Что? Нет, Фауст, глупостей не говори, я не хотела тебя обидеть! Я…
– Обидеть? – пес отшатнулся от этого слова. – Да ты не обидела меня. Ты меня подставила, Кира! Мне из-за тебя некуда было бежать. Мне просто повезло, что я ее укокошил, а не она меня, ты это понимаешь, нет?
У кошки и так было на сердце погано. И страшно. И стыдно одновременно. А теперь и совсем все опустилось.
Пес тем временем деловито спрыгнул со шкафа, по-хозяйски свалил с крышки тело Бюве (труп шмякнулся с неприлично бытовым звуком), и требовательно протянул к Кире лапы, не прекращая недовольно ворчать.
