Уже стемнело, когда водитель грузовика высадил Дэйва возле пустой пожарной станции, и Дейв прищурился, читая надпись на выцветшем от погоды знаке – Мелди, Оклахома, 1134 человека. Водитель грузовика сказал, что могут подвезти на шоссе, на другом конце города, и Дейв пошел в указанном направлении, по грунтовке.
Лето. Девять вечера, и Мелди уже спит. Ресторанчик Фреда, Супермаркет Джиффи, Заправка Фила – всё закрыто, на темной улице нет машин, и даже не слышно детского визга.
Дейв удивился этому, но через пять минут, когда он уже пересек Мэйн-Стрит и увидел поля и шоссе, до него донеслись свет и музыка. У местных была ярмарка - музыка из громкоговорителей, забитая машинами стоянка, толпа, лезущая через шоссе. Дейв не очень любил ярмарки, но у него было восемь центов в кармане джинсов, и он за этот день только позавтракал.
По его мнению, эта ярмарка была паршивой - дешевые аттракционы для детей и сомнительные лотереи, в которых невозможно выиграть, для взрослых.
Но не для Мелди, Оклахома, 1134 человека. Весь городишко собрался здесь, и каждый реднек из округа тоже проталкивался изо всех сил к дальнему концу дороги. И там стояла маленькая красная палатка, с небольшим помостом перед ней. Выгоревшая вывеска-растяжка «Голливудское Сафари Капитана Райдера». Что за Голливудское Сафари, Дейв не знал, и старые, мятые, афиши тоже не помогли: тип в костюме путешественника, борющийся со змеей, или с крокодилом, или со львом. На последней афише этот же тип стоял возле клетки с большим, черным, лохматым знаком вопроса. И буквы на этой афише тоже были черными и лохматыми: «КТО ЭТО? МОГУЧИЙ КОРОЛЬ ДЖУНГЛЕЙ – ВНУТРИ!»
Дейв, не знал, кто это, и знать не хотел. Но он целый день шел и ехал по грунтовкам, а от музыки из громкоговорителей болела голова. А в палатке было что-то интересное, и, заметив неплотно прилегающий угол палатки, он согнулся и прошмыгнул внутрь.
Палатка была духовкой. Полотняной духовкой. В воздухе пахло бензином, как всегда летом в Оклахоме. Толпа воняла хуже. Он сегодня не мылся, но они-то почему так воняют?
Толпа стояла возле переносной деревянной сцены, слушая капитана Райдера, Дейв уже понял, кто это, хоть и не очень он был похож на афиши, шлем-сафари, грязный тропический костюм. Он произносил что-то резким голосом, который слышно и без микрофона, что-то про путешественника и голливудского каскадера – и не было видно ни змеи, ни крокодила, ни тем более - льва.
Маленький гамбургер в желудке Дейва захотел наружу, да еще запахи. Дейв повернулся и попытался протолкаться к выходу, но человек на сцене постучал о доски своей тростью.
- Сейчас, друзья, если вы подойдете ближе.
Толпа шагнула вперед, как прутья в огромной метле, и Дейв очутился на краю ямы, прикрытой полотном, сразу за помостом. Он не мог уйти, даже если бы и пытался. Реднеки сбились в кучу, ждали. Дейв тоже ждал, но он уже не прислушивался. Весь этот бред насчет Черной Африки. Может, эти местные и пришли за таким, но он-то не платил. Скорей бы уже Райдер завершил шоу, потому что уже тошнит.
Капитан Райдер постучал тростью по полотну, повысил голос. От жары Дейв зевнул, но отдельные фразы разобрал.
- Сегодня я покажу вам ужасного зверя, пойманного в смертельной схватке.
Дейв тряхнул головой. Он знал, кто в яме. Какое-то старое животное из дешевого цирка, может, плешивая гиена. И, скорее всего, это будет чучело. Тоже мне, шоу.
Капитан Райдер поднял парусину, убрал ее за яму, взмахнул тростью.
- Смотрите – властелин джунглей!
Толпа толкалась, пихалась, уставилась в яму.
Толпа ахнула.
И Дейв, вместе со всеми, заглянул в яму.
Живая, взрослая горилла.
Зверь сидел на корточках на куче соломы, ручищи скованы, серая голова поднята вверх, на зрителей, пасть с желтыми клыками открыта, челюсти отвисли в гримасе идиота. Только в маленьких красных слезящихся глазках было какое-то выражение, и даже Дейву было понятно, что горилла больна.
Солома в яме была грязной, в углу стояла старая жестяная миска с овощным супом из бамии, морковок, турнепса. Мухи сидели в ней. В душной палатке вонь из ямы была ошеломляющей.
Тошнота подкатила к горлу. Дейв попытался слушать капитана Райдера. Тот слез со сцены, ткнул в яму тростью.
- Ничего страшного, друзья мои, Бобо совершенно безобиден, правда?
Горилла, заскулив, попыталась уйти от трости, вжимаясь в грязную солому. Но цепи ограничивали передвижение и трость постучала по мохнатым плечам.
- А сейчас Бобо для нас потанцует.
Горилла заскулила, но трость впилась в плечо, а резкий голос отдал команду:
- Вставай!
Горилла поднялась. И стала двигаться в ритме трости, барабанящей по ее плечам.
Толпа охала и ахала. Мухи зажужжали и поднялись в воздух. Дейв увидел, как больной зверь двигается туда-сюда, желудок свело, Дейв зажмурился и понесся к выходу.
- Куда лезешь!
