Зверинец Джемрака полностью

Скип подтянул колени к подбородку, обхватил их руками и принялся раскачиваться взад-вперед, робко улыбаясь. У Скипа было очень странное лицо: пухлое и круглое, если смотреть анфас, но в профиль совсем другое. Прямая, словно выровненная по линейке, линия лба шла до переносицы, а потом становилась извилистой, доходя до шишковатого кончика носа, и сводилась на нет почти полным отсутствием подбородка. Кожа нечистая, покрытая бугорками и угрями.

Тим взглянул на меня, поднес палец к виску и состроил гримасу, показывая, что считает нашего приятеля психом.

— Свистеть умею, — хихикнув, сообщил Скип и опять сглотнул.

Мы с Тимом рассмеялись.

— Что угодно могу просвистеть, — добавил Скип.

Свистуном он был знатным — не поспоришь.

— А еще что? — не унимался я. — Это всего два таланта.

Скип молча посмотрел на меня.

— Вы не поймете, — сказал он.

— Ты знаешь, что ты чокнутый? — поинтересовался Тим. — Правда. Тронутый, сумасшедший, психический.

— Да неужели? — Скип тоже засмеялся. — Ты серьезно?

— Хватит ерунду нести.

— Что такого мы не поймем? — спросил я. — Мы что, по-твоему, идиоты?

— Не идиоты, — Скип облизнул губы, — просто нормальные люди.

— А ты, значит, ненормальный?

Он улыбнулся. Рот у него был маленький — едва видать.

— Недоумок ты — вот ты кто, — рассердился я.

— Без обид. — Скип захлопнул альбом и сунул его в карман. — Просто люди не… люди не… — Он сосредоточенно напрягся. — Нормальный — нет, я не нормальный, это правда.

— Наконец хоть что-то разумное сказал. — Тим лежал на скале, прикрыв глаза.

— Ничего особенного, — продолжал Скип, слегка пожимая плечами со стеснительной полуулыбкой. — Просто я — ясновидящий.

— А, ну ладно, — успокоился я. — Тогда — ничего страшного.

Даром ясновидения обладала добрая половина жителей Рэтклифф-хайвей.

— Гадать умеешь?

— Все не так просто.

— А будущее можешь предсказать? — спросил Тим.

— Иногда, — после недолгого раздумья ответил Скип.

— Тогда что же ты умеешь?

— Мысли твои читать! — встрял я. — Давай скажи, что думает Тим?

— Он думает, что я сумасшедший.

Мы снова рассмеялись.

— Они в церковь пошли, — сказал Скип.

— Кто?

— Мистер Рейни. Генри Кэш. Сэм Проффит.

— Прямо сейчас? — Тим сел и протер глаза.

— Они пошли в церковь, но Бог не там.

Мягкий ароматный ветерок нежно ласкал нам загривки.

— Где же тогда Бог? — спросил я.

Мы с Тимом обменялись многозначительными взглядами. Скип только улыбнулся. Небольшая ящерка молниеносно скользнула по скале, будто мы ее приманили, и это вызвало очередной приступ смеха.

— Знак! — воскликнул Тим. — О могущественная ящерица, благослови меня!

— Вот за таким зверем мы и пустились в путь, — заметил я, — только в миллион раз больше.

— В миллион раз? — Тим оперся на локти. — Надеюсь, нет.

Скип откинулся на спину, вытянул ноги и закрыл глаза. Веки у него были белее фарфора, тяжелые и плотные.

— А эта тварь, — проговорил он, — это существо… Это существо… Как думаете, вы его найдете?

— Если найдем — разбогатеем. — Я тоже прилег. Каменная поверхность раскалилась.

— Нет, — возразил Скип, — не разбогатеете.

— А ты откуда знаешь?

— Знаю.

— Не знаешь.

— Знаю.

— Ха. — Тим снова лег.

Теперь мы все трое растянулись под жарким солнцем. Когда я закрыл глаза, все стало оранжевым. «Домой возвращаться не обязательно, — думал я, — можно отправиться куда угодно. Не обязательно на Рэтклифф-хайвей, или к реке, в «Матрос», или к Менгу. Можно жить на горе. В джунглях. Где все покрыто цветами. На мили и мили вокруг ничего определенного и все разное». Я попытался выразить эти мысли вслух, но получалось плохо, и я сдался.

— Только представьте себе, — произнес Скип и сдавленно фыркнул, словно ему в голову пришло что-то очень смешное, — в следующую секунду, прямо сейчас, гора — раз! — и взорвется.

— Бум! — весело воскликнул Тим.

— Смешно, правда? — хохотнул Скип. — Мы можем погибнуть в любую минуту.

— Где ты родился? — спросил я.

Он не отвечал так долго, что я уже забыл про свой вопрос, а потом вдруг сказал:

— В Рочестере. Давным-давно.

Вельботы были загружены провизией доверху, но жир в бочке еще остался.

— Совсем сбрендил? — рявкнул Рейни на Саймона Флауэра. — Просто так решил отдать? Эй, парень! Тебе разве это было велено делать?

— Нет, сэр, — ответил Саймон, серьезный темноволосый юноша, настоящий красавчик — мог дать фору даже Тиму.

— Хватит, хватит. Скажи им, больше не дадим! — орал Рейн на Коппера, а тот пытался отогнать от бочки толпу нищих старух, которые окружили его, точно стадо гусей.

— Мистер Рейни, сколько там осталось? — мягко поинтересовался капитан Проктор, подойдя сзади.

Насчет церкви не поручусь, но в кабак Рейни явно успел заглянуть. При появлении капитана весь хмель с него словно ветром сдуло.

— Немного. — Старпом наклонил бочку.

— Что скажете, Флауэр?

— Совсем чуть-чуть, — Саймон покраснел как рак.

Проктор немного подумал и вынес решение:.

— Слей что осталось. Пусть заберут. Там все равно одна капля.