— Мы не можем до инициации. Мы не можем нарушить Первый договор, да и не справимся с двумя «генералами» в одиночку.
— Ну, Вестник нам поможет?
— А кто Вестник? Да и будет ли он нам помогать — покачал головой Туз.
— Давай поднимай всех, выводи на посты, связь под обереги. Ждите сигнала — Туз легко поднялся со стола и быстро исчез в берёзовых посадках уходящих в сторону деревни Зоренька.
Светлело…
— Сердце и Душа!
— Сердце и Душа! — они обнялись и трижды прикоснулись руками к ушам друг друга, показывая что не забыли старый ритуал.
— Хорошо выглядишь — ехидно заметил Травник.
— А ты не очень — бросил в ответ Мясник.
— Почему они ушли к Справедливому? — внезапно спросил Травник, смотря прямо в глаза Мясника.
— Что есть справедливость ближайший? Разве не этого хотел Повелитель! — ответил укоряющим взглядом Мясник, делая последние приготовления к ритуалу, — не сомневайся Травник мы всё сделали правильно. Мы верим в Него и только это имеет смысл.
— Я не сомневаюсь ближайший — раздеваясь догола, ответил Травник.
— Где Мельник? — быстро спросил Мясник и взболтнул склянку с красной жидкостью, отчего та стала бездонно синей.
— Там внизу под горой. Но я его не видел.
— Это хорошо, так будет проще его убить.
— Как там Асассин? — снова спросил Мясник.
— Сидит под крышей дома — быстро ответил Травник, нанося последний узор в область паха.
— На кого он теперь работает? — задал последний вопрос Мясник, приготовив вторую склянку и вычертив круг.
— На Поднебесную.
— Они все заплатят, когда ОН вернётся — вставая в круг заключил Мясник и жестом пригласил туда же Травника. После чего монотонно на память стал произносить старые тягучие слова ЕГО языка.
Они выпили каждый свою склянку и долго смотрели как чешуя доспехов покрывает тело. Когда всё закончилось Травник посмотрел в зеркало, перешагнув через труп участкового. Оттуда на него смотрел молодой человек в доспехах с пронзительно бездонными, синими глазами. Точно такой же человек стоял рядом с ним и уголки его синих глаз смеялись. На полу в кругу лежали большая шипастая дубина и резной лук.
Охота началась.
Он проснулся и долго не мог уснуть. Непонятная тяжесть сдавила сердце так, что нечем стало дышать. Он тяжело встал и кивнув одному из двоих спецов сказал, что пройдётся к реке умыться. Те кивнули в знак согласия.
Дымов спустился с горы к речке, переодически останавливаясь и тяжело дыша. Внезапно боль отпустила, как будто недалеко кто–то перестал читать старые руны. Откуда ему в голову пришла такая мысль он не понял.
Добравшись до реки Дымов сел на корточки, запустил ладони в холодную проточную воду и тут ж одернул их. Из чистейшей воды на него смотрели два бездонно синих глаза. Он вздрогнул. В этот момент с другой стороны реки послышались голоса. Дымов поднялся посмотреть кто там идёт, но тут сердце в очередной раз пронзила боль и он упал в воду, не чувствуя холода, только закрипели зубы.
Боль ушла также быстро как и прошлое.
Дымов встал и увидел как с той стороны реки к запруде подходит Вестник.
— Ну что пошли. Начнём всё сначала — раздался сзади голос. Мельник обернулся.
— И ты здесь — одними губами прошептал он и почему–то улыбнулся.
— И я здесь — устало ответил Туз.
Утреннее летнее солнце всплывало над шапками леса и било в окна дома. Вчера после отлёта охотников на вертолёте мы засадили порядочное количество спиртного, но всё равно я проснулся ни свет ни заря. Невозможно в деревне спать долго, это вам не столица нашей родины, где спать хочется круглые сутки. Тут вроде бы и хочется, но нет, с первыми петухами уже на ногах. Я зажмурился от солнечного зайчика выплеснувшегося из окна прямо в лицо. Рядом безмятежно дрыхла Халабунда, причмокивая от удовольствия, поди шашлыки снятся. Пока я вертелся, проснулся малый и теперь отчаянно махал мне из кровати, призывая немедленно обратить на него внимание.
— Папа, пойдем к речке змея запускать — заговорщицки зашептал он.
— Папе бы другого змея отведать — недвусмысленно ответил я сыну.
— Ну пойдем пап, пойдём а — заканючил липучка.
— Ну пошли, — стал подниматься я. В этот момент в комнату уже заглядывал Константин, который вообще спит часа по три, а потом слушает всякую ахинею на своем мобильном телефоне. Из последнего что я видел, там был Кипелов, Гражданская оборона и еще много вещей, мгновенно взрывающих мозг изнутри. Судя по внешнему виду Кости, одна из таких вещей как раз сейчас и взорвалась.
— Пошли к речке — заговорил он.
— Змея пускать?
— Какого нахрен змея, искупаемся в холодненькой водичке, а то выглядишь что–то не очень.
— И это ты мне говоришь, себя то видел?
— Папа а я, меня возьмите, я не хочу с мамой, она опять будет кашу есть заставлять.
Да уж надо забирать сына. Наша мама помешана на кормлении детей. Те порции, которые она пытается впихнуть в сына не смогу съесть и я. Тем не менее жена постоянно орёт, что он худенький. А чего ожидать от этой женщины, если и про себя она орёт что худая и стройная. Бог ей судья.
— Да ну нафиг, идите сами, я лучше тут посижу в качалке — гудел из коридора Костя.
