Оставался только один путь.
Отложив факел в сторону, я кое-как доковылял до ближайшей сосны, нашёл там пару здоровых корней и с ужасом для себя засунул промеж них ногу.
— Приготовься Тёмес, сейчас будет чуточку больно. — Я закатал рукав и крепко сжал ткань в зубах на манер капы. Взял больную ногу в руки… иии…
— ММММММММММММ! — Моё дикое мычание, было настолько громким, что ближайшие звери на ветках, дружно дали стрекоча, попутно поливая безумного человека своим звериным матом.
На глазах проступили слёзы. Сказать, что было больно, это ничего не сказать. Лишь одна мысль гнала меня дальше — я просто должен выжить и выяснить, что тут вообще происходит. Должен и точка. Я не дам себя так просто убить.
Жаль, но ткань кроссовка тоже порвалась после столь экстравагантного лечения. Вот и габлык пришёл моим найкам. А ведь я их не так давно новенькие купил.
— Да и хер с ними, процедил я сквозь зубы. Подвигав ногой, я удостоверился что никаких больше болей нет, кроме тянущей в нижней части стопы, после чего спокойно встал на обе ноги и сделал несколько тестовых шагов.
Подобрав едва горящий факел, я нашёл пару сухих еловых веток, добавив их к общему огню. Развернувшись, я увидел «его».
Мохнатая морда, нагло сидела возле моего рюкзака и пристально смотрела на меня. Чёрные глаза бусинки, не менее тёмная шерсть с белой проплешиной и чудовищно огромные лапы, довольно комично смотрящиеся на столь мелком существе.
На пару секунд я потерял дар речи.
Росомаха. Настоящая. Ну, живая в смысле. Сидит возле моего рюкзака и чего-то ждёт.
— Эм… здарова. — Осторожно подняв над собой факел я попробовал приблизиться.
Росомаха угрожающее зарычала и оскалилась.
— Вот и встретились. Вот и поговорили. Жрать хочешь, да?
На все мои вопросы, зверь смотрел не мигая. Словно кукла. Только на слове «жрать», он довольно фыркнул.
— А ты смышлёный, да? Но мне ведь надо достать из рюкзака мясо, если ты его хочешь конечно же… — Начал было уговаривать зверя я, а потом сдался.
Тяжело вздохнув, я выпрямился и посмотрел в другую сторону. Опасности я от этого пушистика не чувствовал. Только голод и любопытство. Хотя казалось, откуда бы я это мог?
— Знаешь что, я ведь могу просто тебя отогнать. Например, вот так!
Размахивая факелом, я довольно быстро добился нужного эффекта, отогнав росомаху от еды. Зверь конечно же зашипел, всем своим видом показывая, что в рот он шатал и меня и моё огненное оружие. Но получать по жопе факелом как-то не хотелось.
Добравшись до рюкзака, я достал свёрток с сырым мясом, после чего выкинул его прямо к лапам зверя. Тот продолжал противно шипеть, однако вид еды, тут же сменил его настроение с «я тя щя ушатаю», на «ого, хавка!».
Чего ещё на свете желать, правда ведь? Вкусно покушать, да спать завалиться. Меня вот тоже в сон начало клонить, но я не придал этому большого значения. От накатившей на меня усталости, я присел у одного из деревьев и медленно сполз вниз, поджимая к себе усталые ноги.
— Хра, хра, хра! — Росомаха с упоением жрала почти свежее мясо, вгрызаясь в него, будто это последний обед в его жизни.
— Ты в курсе как тебе повезло, зубастик? Мы ведь с тобой тёзки. — Усмехнулся я, продолжая чувствовать дискомфорт в животе.
Да, моя фамилия звучала как Росомахин. Артём Сергеевич Росомахин. За мной этот шлейф из шуток про обжору ещё со школы тянется. Яж буквально ещё с первого класса ел за двоих. Как только не разжирел, непонятно. Зато вымахал, вон какой. Широкий и здоровенный. Жаль с ростом не вышло — метр семьдесят пять всего. Девчонки всё же любят повыше.
Зато я мог сдачи давать любых хулиганам. Страх отсутствовал просто перед старшими. Но здесь…
— Здесь всё совсем по-другому, да? — Спросил я почему-то у росомахи, и та довольно прорычала в ответ. Слушает, значит понимает.
На самом деле, разобраться бы, где «это» здесь? Надеюсь, я найду хоть какие-то ответы в конце пути. Ну или просто сгорю от ненависти. Кстати, о злости…
— Агх… — Простонал я, когда в животе ощутимо кольнуло.
Зверёк, закончивший уплетать мой будущий обед, удивлённо вскинул мордочку, обратив на меня своё внимание.
— Агх! — Снова, но уже более громко прокричал я, после чего схватился за живот.
Боль пришла резко, не спрашивая разрешения. Казалось, будто нечто пытается из меня выбраться, путём разрыва всего и вся. Пульсация расходилась из глубин живота, наполняя тело и разум алым оттенком.
— Говорила мне мама, не жри всякую дрянь! — Прокричал я в последний раз осмысленно.
Нечто буквально заставило меня подняться, и заорать ещё сильнее. Оно росло внутри меня. Увеличивалось. Постепенно проламывая все внутренние барьеры. Мозг буквально вопил от боли, не понимая, что вообще происходит.
— Твою….ж… су….ка….!!!
Выгнувшись через спину, я вдруг резко почувствовал облегчение. Облегчение и умиротворяющую прохладу, разливающуюся по всему телу, словно морская волна.
А потом что-то изменилось.
— Ух ты! Вот это прикол! А что, мне даже нравится! — Я изогнулся в другую сторону и с улыбкой на лице понял — я хочу жрать!
