Помимо тренажеров, развивающих устойчивость к стрессам космического полета (их, кстати, называют «экзогенными»), Москаленко и другие слушатели много работали на тренажерах, созданных для отработки профессиональных навыков управления космическими аппаратами. Фактически – это были макеты кабин реальных космических кораблей серии «Союз», подключенные к ЭВМ, имитирующей работу систем при выходе на орбиту, в космосе и при возвращении на Землю. Понятно, что процедуры отрабатывались до полного автоматизма, – при этом учитывались не только штатные, но и всевозможные аварийные ситуации.
Разумеется, хватало и чисто летной подготовки. Снова понадобилось сдавать зачеты по парашютным прыжкам – по обычным, по затяжным, на точность приземления. Входили в программу обучения и основы высшего пилотажа на реактивном самолете, но для пилотов, решивших стать космонавтами, это было настолько привычным делом, что не стоит о нем и говорить.
В ходе подготовки в Звездном городке Москаленко познакомился со многими интересными людьми.
Ему, например, особенно импонировал Сергей Константинович Крикалев – глава отряда Авиакосмических войск. Он уже побывал на станции «Мир» и участвовал в первом пилотируемом полете «Бурана» в качестве гражданского специалиста. Потом перешел в АКВ, его попросили возглавить военный отряд – была идея, что опытный гражданский космонавт справится с группой бывших офицеров ВВС лучше, чем их коллега. И Крикалев справлялся блестяще. Москаленко видел, что Сергей Константинович – настоящий «зубр» во всем, что касается космоса. А кроме того – прекрасный спортсмен, пилот экстра-класса, полиглот. При этом Крикалев никогда не кичился, не изображал перед подопечными какого-то особенного гения, которому одному только доступна наука полета в космос. Хвалил, когда мог похвалить. Ругал, когда был повод отругать. Решал по мере необходимости и житейские проблемы, возникающие у слушателей Отряда. Однако всегда соблюдал дистанцию, показывая, что он всё-таки начальник и по статусу не может вести себя панибратски с нижестоящими чинами. А то появятся любимчики, закадычные друзья и – пиши пропало, ровные отношения между всеми сменятся перетягиванием каната, и заложником в этой борьбе станет он сам, Крикалев. Словом, идеальный командир.
Вообще было очень интересно учиться и жить в городке, где живут и работают такие знаменитости. Действующие космонавты приезжали сюда часто, трудились на тренажерах, проходили положенные тесты. Периодически устраивались небольшие конференции, на которых члены и слушатели Отряда обсуждали с учеными перспективы лунной и марсианской программ, приводили свои расчеты, спорили до хрипоты о «весах» и «энергетике». Именно на конференциях Москаленко впервые услышал, что Марс – это не столь отдаленная цель, как полагают дилетанты и американцы. Собрать блоки межпланетного корабля на орбите с использованием ракеты «Энергия» можно хоть завтра, однако есть серьезная проблема: советский космонавт еще ни разу не был на поверхности чужой планеты. Значит, нужно сначала слетать на Луну, но пока к этому не были готовы. Хоть тресни, а не были готовы! Чудеса случаются только в сказках, а в реальности необходимо создать специальный посадочный корабль, который способен доставить космонавта с орбиты на поверхность, а потом вернуть его обратно. И не только создать, но испытать в деле. И как раз проверенного в деле посадочного корабля у СССР не было.
Попадались среди молодых спецов и «горячие головы», которые предлагали обойтись без промежуточного полета на Луну, а сразу отправить экспедицию к Марсу. По их плану, межпланетный корабль должен был стать долгоживущей обитаемой станцией на околомарсианской орбите; три космонавта вели бы с нее наблюдения за поверхностью, а также управляли бы армией роботов, непосредственно изучающих красную планету. Станцию можно было бы снабжать, запуская к ней небольшие ракеты с грузом. План обещал большую перспективу – кроме научных данных, Советский Союз завоевывал приоритеты по целому ряду направлений, ведь на фоне такой экспедиции полет американцев на Луну выглядел бы жалкой прогулкой во дворе собственного дома. Но и этот проект не получил одобрения со стороны старших товарищей из Научно-производственного объединения «Энергия», конструкторы которого как раз и занимались проработкой элементов будущей марсианской экспедиции. Они на цифрах демонстрировали, что в целом он окажется дороже двухэтапной программы, когда сначала осуществляется высадка на Луну, а затем, после обретения опыта, – на Марс. Средства будут затрачены огромные, а результат получится сомнительным. Западные критики сразу скажут, что если высадки на красную планету не было, то и приоритеты не имеют существенного значения. Больше того, все приоритеты будут утрачены в тот самый момент, когда американский астронавт (достаточно одного!) ступит на Марс…
