Лишь раз в жизни, когда внезапно пришёл ты в дом, принадлежавший ещё тогда моему отцу… высокородному отцу нашему, и во мгновение ока стал я просто бастардом, вот тогда-то и взбунтовалась дремлющая до этого взыгравшая во мне гордыня. Как же я ненавидел тебя тогда! Как хотел, чтобы появление твоё оказалось бы лишь дурной прихотью Паворуса* и Формидо* * ! Видишь, я тоже не столь уж и хороший человек. А ночью после того, как пропал ты из дома, уйдя в термы, но никто не знал о тебе, где ты, думал я о тебе, да как! Полюбил ведь я тебя именно той, самою первою ночью, но был излишне напуган тем, что казался ты мне братом сводным, единокровным, благо, что не единоутробным. Ибо клялся, что превозмогу себя, а тела же своего тебе - чародею, как казалось мне тогда, приворожившему меня, чтобы унизить ещё больше, чем при целовании руки своей, длинноперстной, белой, тонких очертаний не отдам…
Северус… Да ты заснул… Устал каяться. Как это говорила покойная матерь? - А! «Исповедываться» устал. Что ж, так оно и лучше, что ты не слышал моего откровения. Ты - гордый, несмотря ни на какие муки Аида не сломленный ни Фортуной, ни Фатумой, мог бы и отказаться от ничтожного полукровки после сих моих злых, мелкопакостных поддёвок, напоминаний и словес.
О, как ты непостоянен, мой возлюбленный брат Северус! Вот уже и с Гарольдусом ты говоришь боле, нежели со мною. А о чём говорить-то с бывшим рабом дикарей - бриттов, который только и выговаривает одно- и двухсложные гортанные слова, словно бы выплёвывает их, как камешки в детской игре, коей был лишён я, как и общества сверстников. О, увы мне!
Дикарь сей Гарольдус! Как есть хуже варвара! Ни разу рук не помыл, хоть и пересекали мы реку. Хоть бы лицо своё в воду обмакнул, да потёр бы ладонями - всё было бы лучше, чем так ходить. А ему всё равно. Он суть еси сильный маг, и он, видите ли, слишком велик для разносортных приличий, подобающих, хоть и скрывающемуся ото всех, кроме нас с братом высокорожденным, но на самом деле, как утверждает брат, свободному человеку!
Хотя, за что нападаю я так на Гарольдуса невинного? Он же вместе с Северусом жизнь мою никчёмную в бойне той спасал - мне же Северус рассказывал, как ловко и отменно Гарольдус применял Убийственное заклинание, не давая врагам ни добить меня, ни причинить вред моему возлюбленному брату. Да и взаправду невинен Гарольдус, как кажется мне, уж больно взгляд его целомудренен. И не причинил бы он вреда никоего брату моему…
… Северному ветру моему, с которым так прекрасно было бы лежать в пышнокудрых покуда травах, сомкнув объятия и горячо целуясь…
И возлежали бы мы в травах далёких, кои родят хлеб и воду жгучую, и скатывалась бы на тела наши обнажённые их природная влага…
И не было бы вокруг ни души, ни раба, но были бы мы одни на целый итер педестре от каких бы то ни было людей…
И от поселения ромейского, мирного, и от становища варваров злонамеренных, злокозненных, злобствующих…
И зажгла бы светило своё Селена Серебряная.
