Звезда Аделаида - 2 полностью

У-у, ненавижу Сабиниуса за его ядовитое медоустие! Да вряд ли только девственна она - ишь, черты резкие, губы узкие - злюка, наверное, и нос, надо отметить, хотя и пятачком, но переносица прямая, классического образца. Однако, облик этот застыл, словно и впрямь из камня, всё не в развитии, как, к примеру, было… остаётся, скорее всего, у нашей весталки всея Хогвартса, пламенно влюблённой в Ремуса и плавно перерастающей в старую деву, загадочной, а может, слегка придурковатой мисс Луны Лавгуд. О, миль пардон, профессора Лавгуд. У этой же… Адрианы всё уже сложилось, загрубело, затвердело, срослось, если так можно говорить о женщине… да, именно о женщине, глядя на нелепо и грубо сделанную камею. Впрочем, может, это неумелость местного, плохо обученного резчика и фактура камня дают такой эффект… Но нет, нет, нет… Это Адриана такая на самом деле - будем готовиться к худшему. Но мне же её целовать, когда свяще… тьфу, жрец после счастливых ауспиций прикажет обменяться кольцами и поцеловаться. Меня же вывернет от отвращения в непосредственной близости её узких, но, наверняка, любящих послаще пожрать, губ…

Пальцы Северуса нервно затеребили камею в руках, немилосердно вертя её, ведь все мысли его сейчас вернулись к обиженному Папенькой («А, может быть, мною?») возлюбленному Квотриусу и… его будущей супруге де-факто. Однако он отвлёкся, вспоминая, как сейчас…

…Конгресс алхимиков в магической части Рима, но там было так чопорно и скучно, хуже, чем на великосветском приёме по поводу чьих-то похорон, а Снейп бывал и на таких. К тому же, доклад Мастера Зелий, известного британского профессора Снейпа задвинули на последний день. И Северус воспользовался таким недоразумением, которое, впрочем, случалось на каждой международной или даже британской конференции, конгрессе и тому подобных семинарах. А потому это было привычным ему. Ведь его доклады - умные, обязательно по существу, а не «разлей, вода», изложенные по строгой, чёткой основе - всегда предшествовали прениям. Любому выступающему после Мастера Зелий Снейпа докладчику просто не повезло бы, если бы он обнародовал свои вялые идейки или же столь же никому неинтересные, дутые «открытия». На фоне профессора Снейпа только двое алхимиков магической Европы могли предоставить остальным по-настоящему интересные идеи да и то, основанные на ранее достигнутых результатах, своих или заимствованных у испанских иудеев-каббалистов Средневековья и даже на реальных, но сплагиатированных опытах хорошенько забытых, по существу, древних. Северус, в отличие от них, всегда предлагал новые идеи и открытия на базе собственных опытов. И всё это на фоне преподавания в Хогвартсе, отнимающего кучу времени, и многочисленных «побочных» увлечений профессора.

Зельевар премиум-класса считал ниже своего достоинства слушать шабутных, несущих, как обычно, сущий вздор мастеров таких отсталых стран, как Португалия, Греция и Албания. В тот день Северус обегал все, какие только мог, достопримечательности маггловского Рима, до которых смог добраться. Оказалось, что единственным достоянием обширной, большей, чем лондонская, магической части Рима был восстановленный чарами и заклинаниями Колизеум, да и то - морок это, не более. Хотя, ради справедливости стоит заметить, что магический Лондон вовсе не имел ничего более примечательного, чем Косой переулок с его магазинчиками, пабами и кафешками да сетью отходящих от него переулков, становившихся всё уже, словно бы истончаясь. В них торговали крадеными гримуарами, артефактами и выставленной на всеобщее осмеяние и продажу любовью.