Леда вязала в молчании. У нее было приготовлено несколько подарков каждому из Эшландов, так как она очень хотела выразить свою благодарность за то, как дружески они отнеслись с ней. Кроме того, леди Тэсс попросила спрятать в ее комнате сюрпризные пакеты, которые она собрала для всей семьи. Кипа свертков и коробок росла под ее кроватью, что приводило Леду в праздничное настроение и делало участницей развлечения.
Она думала что-либо подарить мистеру Джерарду, но не смела. Она — положила вязание на колени, намотала на руку серебряную пряжу, вертя ее вокруг пальца.
— Как вы считаете, что может ему понравиться?
— Для подарка? Ну, Томми, Томми, куда ты ползешь? Нет, не следует есть юбку тети Кэй. Возьми эту ложку, милый. Дайте мне подумать. Уже нет времени что-либо достать в деревне, не так ли? Вы могли бы заказать автоматическую ручку, если бы мы подумали об этом раньше. Может быть, вы вышьете его инициалы на носовом платке?
Предложение леди Кэй как-то опечалило Леду. Бритвенный прибор, футляр, перо, носовые платки.
Ее сердце заныло о нем.
Она вспомнила лицо в отражении уличного фонаря за ее окном, быстрое прикосновение его руки, когда он положил маленький комочек ткани в ее ладонь. Она еще хранила монету, символ дружбы, носила ее на тонкой ленте под блузкой.
Он еще не извинился за свое неконтролируемое поведение, даже не говорил с нею с тех пор. Она была уверена, что он избегал ее.
Видимо, из-за того, что она была наполовину француженкой, он не считал обязанным приносить извинения. Может быть, ему противно вспоминать ее поведение в тот день. Возможно, они уже больше не друзья.
Эта мысль сделала ее еще более несчастной.
— Да, конечно. — Она размотала серебристую пряжу с пальца, подобрала упавшую спицу и вздохнула. — Наверное, я вышью для него несколько носовых платков.
Это был ягуар, сделавший Сэмьюэла героем второй раз в его жизни. Как животное вышло из клетки и убежало, разъяренный мистер Сидни никак не мог понять, но ягуар и ее детеныши оказались на свободе, когда Кэй, укутав Томми, уложила его в коляску, извлеченную с чердака, и взяла его на прогулку вдоль сверкающего пруда.
Все молодые гости также ушли, облаченные в отороченные мехом капюшоны и меховые накидки, желая насладиться необычной солнечной погодой. Кэй была одна, беззащитная, когда произошла встреча с ягуаром. У Кэй был здравый смысл, а у девиц Голдборо его не было: при взгляде на животное, присевшее для прыжка под самшитовым деревом, бьющее хвостом, они испуганно завизжали и побежали, а их развивающиеся юбки оказались возбуждающей мишенью.
У Сэмьюэла на плечах была самая младшая, а ягуар застыл в напряжении, чувствуя себя на свободе странно, глядя своими желтыми глазами на испуганную группу людей.
Вначале кошка не двигалась. Но поскольку девицы продолжали истерично орать и пытались укрыться, ягуар оттащил в сторону детенышей, не отрывая глаз от бегущих людей, прижал уши и оскалил пасть, показывая клыки. Одна лапа поднялась, угрожающая, как бритва. Руки девочки на плечах Сэмьюэла вцепились в него. Девицы внезапно замолкли. Как только Роберт произнес: «Не двигаться!» — старшая из сестер Голдборо оторвалась от него и бросилась прочь по направлению к дому.
Шум движения нарушил напряженную позу животного. Ягуар бросился вперед, но остановился, оглянувшись на детенышей. Но тут ударилась в панику другая девица. Группа рассыпалась в разных направлениях — одна девушка бежала к ступеням садовой стены, Роберт с криком догонял ее. Другая бежала от Сэмьюэла, повернулась и упала во всю длину на траве. Возбужденное животное внезапно отреагировало на их смятение, устремившись за убегающей девушкой, а затем изменило направление и помчалось за Робертом, снова передумало и бросилось большими прыжками к Кэй и Томми.
Кэй в страхе выхватила Томми из коляски. Неловкость движения, яркое одеяло привлекло животное, оно пересекло лужайку с мощной нарастающей скоростью. Он побежал, рассчитав кошачью линию нападения. Ягуар изменил направление движения, делая разворот, — он попятился и повернулся по направлению к нему. В три прыжка ягуар был у цели, бросаясь в стремительную атаку, напрягая силы. Сэмьюэл начал круговые движения. Одна лапа схватила его пальто и порвала его, в то время как от его удара ягуар перекувыркнулся через его плечо. Сэмьюэл поднялся после падения и услышал всплеск воды, брызнувшей на дорожку и на его брюки.
Темнеющая голова ягуара всплыла над сверкающей пенящейся водой пруда. Он бился в воде, превратившись сразу из рычащего чудовища в мокрого и сбитого с толку животного, с прижатыми ушами и шерстью, прилипшей к туловищу. Он делал неистовые попытки выбраться к детенышам, цепляясь передними лапами за скользкие мраморные края бассейна, не в состоянии достать задними ногами дно пруда, чтобы выскочить.
— Слава богу, — Хэй первым подал голос, — у тебя все в порядке, Джерард?
