— Никто кроме всего твоего отряда? Я надеюсь, ты понимаешь, насколько сильно сейчас рискуешь? — в глазах Райнары полыхала ярость, но она сейчас оказалась не в том положении, чтобы её выплёскивать, поэтому своё недовольство ей теперь приходилось держать при себе — ей, в отличие от Наи, давить на собеседницу было нечем.
— Ну давай, подставь Эмиэля под плеть твоей матери: это он попросил меня позвать тебя, чтобы ты могла отдохнуть, — зашипела Ная, — думаешь, мне будет нечем тебе ответить? Хочешь, я всему городу твою увлекательную историю расскажу? Могу даже показать шикарную иллюзию на следующем празднике. Уверена, все будут в восторге от такой захватывающей новой сплетни: дочь Матери Ран и такая слабость. Интересно, кто в итоге пострадает больше — мой отряд или всё же ты? Прежде чем препираться, подумай чем рискуешь сама! Так что закрой рот и засунь свои угрозы в задницы демонам!
— …клянусь, по возвращении я вызову тебя на арену и убью, — Райнара прожигала Наю ненавидящим взглядом, но говорила терпеть вполне ровно.
— Попробуй. Ещё одна высокомерная дура на мою голову, — хмыкнула предводительница, мысленно напоминая себе, что делает всё это ради Эмиэля, и оно того, действительно, стоит, — увидимся через двое суток у западного выхода в три.
— Госпожа Ракари! — Кьяр расплылся в довольной кошачьей улыбке.
Женщина бросила на него испепеляющий взгляд и промолчала. Она до сих пор помнила, как он успел её достать за те несчастные три недели, которые она была предводительницей отряда Наи. Ракари даже не сомневалась, что главным идейным вдохновителем всего, что этот сброд тогда устроил, был именно Кьяр, но поднимать на него руку она не решилась, зная кому он принадлежит. Связываться с Наей и тогда было себе дороже, а сейчас, спустя шесть лет, тем более, так что танцора она предпочла просто проигнорировать.
Когда Ная со своим отрядом подъехала на ящерах к западному выходу, их, ко всеобщему удивлению, встретила не только Райнара, но и целый отряд с их предводительницей, которая почему-то стояла в стороне, в то время как сама Райнара стояла во главе мужчин.
— Своего отряда нет, и ты присвоила чужой. Но их предводительницу-то ты зачем тащишь, думаешь сама не справишься? Это не мои засранцы — эти должны быть послушными, — усмехнулась Ная, оценив ситуацию и кивнув на Ракари.
— Её отряд бездельничает, пока их предводительница пытается пройти индивидуальные бои на статус профессиональной. А вот зачем ты с собой раба тащишь — действительно вопрос, — парировала Райнара, — не научилась любимые игрушки в комнате оставлять?
— Это Лиас, и он часть моего отряда. Советую смириться и держать своё мнение при себе, — отрезала Ная.
— Симпатичный, — Ракари улыбнулась, окинув взглядом не сводящего с неё глаз светлого эльфа, — такой же несносный, как и все остальные у тебя?
— Нет, это наш глас совести, — хохотнула Ная, тоже глянув на как-то странно замершего Лиаса, — способен усмирить даже бурную фантазию Кьяра.
— Выдающиеся навыки, — Ракари по-доброму рассмеялся и отвернулась к своему отряду.
— Последний раз говорю: ты здесь не нужна! — продолжила, видимо прерванный появлением Наи, спор Райнара.
— Мой отряд без меня никуда не пойдёт! — чётко проговорила в ответ Ракари.
— Я за тебя ответственность не понесу, и тебе за это не заплатят, — отрезала Райнара.
Женщины продолжали упираться, настаивая каждая на своём, ещё минут десять, пока Нае это окончательно не надоело: такими темпами их задание грозило даже не начаться.
— Достаточно! За Ракари ответственность возьму я! — вклинилась в спор Ная.
— Я тебя не спрашивала: такие решения принимает старшая предводительница! — тут же переключилась на Наю Райнара.
— Это моё задание и отряд веду я! — вспыхнула Ная.
— Я не стану подчиняться городской сумасшедшей! — заявила Райнара.
— А я значит должна подчиниться высокомерной стерве?! — парировала Ная.
— Мы так даже из города не выйдем, — вздохнул Эмиэль, сложив руки на груди.
— Согласна, — прежде чем Райнара снова успела открыть рот, чтобы наорать ещё и на Эмиэля, Ная резко оборвала все препирательства, — веди, стерва, но своим отрядом я командую сама!
Райнара рыкнула, но больше спорить не стала: если Ная подчинилась, этого было достаточно, чтобы контролировать всех.
