Попытки сослуживцев поучаствовать в моем воспитании и обучении закончились для некоторых печально. Первая тройка каторжников, знакомая мне еще по совместному путешествию через туманную тропу и проклятый лес уже на Этой стороне, не откладывая на потом, в первый же вечер пригласила меня “поговорить” в уединенное место. На вопросы дознавателя, пришедшего к ним прямо в санчасть, они угрюмо и дружно утверждали, что в темноте споткнулись, упали друг на друга, получили травмы, потом еще раз споткнулись и еще раз упали…
Еще бы. Стал бы я дожидаться, когда меня отметелят какие-то недоумки. Я банально бросился бежать, незаметно юркнул между двумя помойными баками и когда мои преследователи, яростно сопя и взрыкивая: “Врешь! Не уйдешь!”, - пробежали мимо, напал сам. Несколько ударов по болевым точкам и пара слегка подправленных в нужном направлении бросков, закончились для двоих боданием с забором. Удар ногой под коленку и ребром ладони по ключице с легким добивающим локтем по затылку, отключили последнего. Никто меня не видел. Уверен. Пусть теперь гадают, кто их так - сам “доходяга” или его неизвестный покровитель, но простор для творческой фантазии обеспечен, как и нежелание связываться.
Следующая группа “воспитателей”, злых на меня за отставание на марше, в результате чего всем добавили несколько километров, попыталась с помощью жестов руками и ногами рассказать моему телу о тяжести и боли, ждущих его на пути становления воина. Четверо мордоворотов подошли ко мне прямо в казарме, наплевав на возможные последствия - за драку в казарме могли назначить неделю карцера с дополнительными работами.
При этом учебу никто отменять не собирался. Ночь в карцере. Утром завтрак - хлеб с водой. Занятия. Обед снова в карцере - хлеб с водой. После обеда снова занятия. Затем ужин - меню прежнее - и сон в том же карцере на голом каменном полу.
- Слышь, ты, убогий, - процедил приземистый шкафообразный бык-произво…заводила. - Чё ты путаешься под ногами воинов? Чё ты забыл здесь, доходяга? Достал уже в конец! Из тебя воин, как из меня сиделка! Гы-гы! - сообщество (правда, не всё), оценив юмор, заржало. - А чё, ребята? Может и впрямь его в лазарет наладить? Будет сиделкой в свободное от клизмы - гы-гы - время. И корешкам нашим там послужит… А?
- Не! Брусок! Ну, как его туда возьмут? - прогундел тощий и длинный парень с узким, носатым и прыщавым лицом.
- А мы ему руки-ноги переломаем, вот и возьмут. Куда денутся? Ы? Ну-ка, Рубило, оформи парню пропуск в лазарет!
- Да спокойно.
Вяло расслабленной Прыщавый вдруг резко метнулся в мою сторону, целя кулаком в голову. Я “в панике” отпрыгнул за ближайшую двухъярусную койку, а у Рубило вдруг спутались ноги. Он с размаху боднул лбом стойку и в полном очумении пожухлым листом постелился на пол.
- Вот, ля-ля-а-а! - растерянно протянул один из четверки, паренек среднего роста с живыми и умными глазами. - Это что ж Рубило пил, что его так занесло и вырубило. А главное, когда?!
Шкаф вместе с мосластым низколобым товарищем, все это время молча хмурившим брови, бросились ко мне, заходя с двух сторон.
Я достал амулет пневмоудара и активировал обе функции. Воздушной волной заводилу швырнуло через весь проход, который он по пути тщательно протер своей формой, и вмазало в дверь казармы. Раздался звук соударения двух пустых тел и шкафчик затих. Низколобый, раскрыв рот, остекленевшими глазами тупо наблюдал полет своего вожака до самого препятствия и машинально среагировал на мою команду:
- Лови!
Реакция громилу не подвела. Амулет оказался зажатым в его руках и в тот же момент вспыхнул.
- А-а-а-а!! - заорал низколобый, разжал руки и стал ими яростно трясти.
В этот момент в казарму ворвался сержант, привлеченный шумом.
- Сми-и-ирно!! Что здесь происходит?!
Последний из четверки, самый умный, успел даже для меня незаметно скрыться и с видом полнейшей непричастности присоединился к толпе сослуживцев.
- Я повторяю! Что здесь произошло?!
Воины растерянно молчали, не зная, что сказать.
- Позвольте мне, господин сержант, - вылез я со своими комментариями. - Я все видел. Эти трое повздорили. Вон тот, что у дверей. Большой который…
- Для тебя тут все большие, - хмыкнул сержант. - Что дальше?
- Да, господин сержант. Так и есть. Так вот тот большой за что-то вдруг ударил этого длинного, а этот, который сейчас воет и руками трясет, достал амулет и кэ-э-э-к даст чем-то по большому. Тот и улетел аж до дверей. Потом этот… с руками который, наверное, хотел добавить, а амулет возьми и загорись. Говорили же нам: нельзя амулеты через лес. Говорили. А он, небось, не слушал. Теперь будет кричать, что не было у него никаких амулетов. Ага. Как же?! Все видели, что он его в руках держал. Правда, ведь?
Сотня дружно кивнула. Держал же? Держал. Объяснение всех устраивало. Иначе…
- Почему сотня не вмешалась и не прекратила безобразие?! - сержант грозно оглядел воинов.
- Так не успели, господин сержант. Все так быстро случилось.
