К. С. Робинсон. «Красный Марс»
Поезд монорельсовой дороги снизил скорость, приближаясь к станции. На установленном под потолком вагона информационном дисплее появилось сообщение на нескольких языках: «Остановка – Северо-Западный Университет Core». Название «Core» было одинаковым во всех случаях – изначально английское, означающее «сердцевина, внутренность, ядро, центр, сердце (чего-либо)», оно давалось без перевода в большинстве текстов, хотя в секторах, где английский не был местным языком, его часто произносили как «кор», по аналогии с латинским «cor», от которого оно произошло1. Поезд начал тормозить и через минуту мягко, почти бесшумно, остановился внутри станции, находящейся под ажурной крышей из стекла и металла.
– Вот она, университетская станция. Приехали, – подумал Роберт, поднимаясь с кресла. Повесив на плечо небольшую сумку, в которой были сложены его немногочисленные ценные личные вещи – объемный чемодан с одеждой путешествовал в багажном отделении и его доставка в новую квартиру была заботой роботов – он вышел из вагона на крытую платформу станции. Отойдя от поезда на несколько метров, Роберт решил осмотреться, но не для того, чтобы определить, куда идти дальше – для этого достаточно было лишь бросить взгляд на экран портативного терминала. Навигационная система точно указывала дорогу, она даже предупредила бы Роберта, если бы он забыл про нужную остановку и вовремя не направился к выходу из поезда. Но станция представляла собой еще одно, пусть и не слишком большое, творение инженерного искусства, которым Роберт еще не перестал удивляться, и он решил уделить ему несколько минут.
Платформа длиною в сотню метров была накрыта несколькими прозрачными куполами, образованными стеклянными панелями, которые поддерживались тонкими металлическими рамами и соединялись без единой горизонтальной поверхности. Геометрия, наружное покрытие из материала с очень низким коэффициентом трения и система подогрева и очистки не давали снегу задерживаться на такой крыше, и она могла легко переносить суровые зимы, несмотря на кажущуюся хрупкость. Роберт вдруг подумал о том, что за все восемнадцать лет своей жизни он видел снег лишь на экранах или читал о нем, и что через несколько месяцев этот пробел восполнится.
Сейчас снега не было, в северном полушарии был конец лета, день был солнечным, и свет заливал станцию, проходя через прозрачную крышу и достигая всех уголков платформы. Раньше и это время года, пусть совершенно незаметное в тропиках, и предстоящее начало учебного года навевали на Роберта тоску, но не в этот раз. Ведь он приблизился еще к одной двери, за которой – Тайна, и кто знает, сколько еще таких дверей в этом захватывающем мире...
Транспортный робот, окрашенный в ярко-оранжевый цвет и оснащенный предупредительными огнями, извлек из вагона небольшой контейнер и повез его по уходящему вниз тоннелю, соединяющему грузовую площадку монорельса с находящимися где-то под землей складскими помещениями. Обитатели Core почти никогда не носили с собой ничего тяжелее сумок, похожих на ту, что висела на плече у Роберта. Роботы-носильщики были к услугам жителей в любом транспортном узле, будь это станция монорельса, аэропорт или морской порт. Насколько было известно Роберту, машины никогда не теряли багаж, так что он не испытывал ни малейшего беспокойства за судьбу своего чемодана.
Шагая в сторону от платформы, Роберт прошел мимо рядов информационных терминалов и направился вперед, к автоматическим раздвижным дверям в дальней стене, идущей параллельно платформе и линии монорельса. Три из них, находящиеся рядом друг с другом в центре, вели в просторный переход с такой же прозрачной полукруглой крышей, в центре которого виднелись светло-серые ленты дорожек с движущимся покрытием. Две пары других, находящихся по бокам от перехода, выходили на открытый воздух, к мощеным пешеходным дорожкам. Такая структура была типична для этого сектора – как и во всех больших комплексах, выстроенных Core в местностях с холодным климатом, все отдельные здания соединялись между собой крытыми переходами, причем один из них обязательно вел к местной станции монорельса или стоянке персонального автоматического транспорта – небольших машин, обычно перемещающихся по специальным путям, и доступных по первому требованию круглые сутки.
