— Я уйду сама, — поспешно согласилась я, заметив, что Ардена буквально затрясло от бешенства. — У меня много неотложных дел.
— Порхающую запереть в ее квартале и запретить появляться на прочих улицах города! — вовсю разошлась будущая правительница Блентайра.
— Нет, вы полюбуйтесь, она так мне хамит, как будто у нее в кармане запасная челюсть лежит, — вполголоса пробормотала куртизанка, но при этом вяло кивнула, подчиняясь будущей госпоже. — Тьма с тобой, дура, я пойду под домашний арест.
— А ты, мой дорогой, — Эвридика сложила губы бантиком и адресовала жениху насмешливый воздушный поцелуй, — готовься к свадьбе. Она состоится через неделю.
— О, Неназываемые, дайте мне силы терпеть эту женщину! — взмолился король, пытаясь не вспылить. — И что же я за малодушный человек? Отпускаю любимую девушку, женюсь на нелюбимой… И все ради чего?
— Ради Лаганахара! — непоколебимо подсказала я.
— Йона, это несправедливо! — вдруг вскричала Элали, позабыв свою всегдашнюю уравновешенность. — Ну сделай же что-нибудь!
— Что? — печально улыбнулась я. — Я не имею права наказывать Эвридику, пусть ее накажут сами небеса!
— И ты позволишь ей отнять у тебя Блентайр и Ардена? — не отставала от меня куртизанка. — Твоя доброта переходит все разумные и неразумные пределы, ведь даже боги не гнушаются мести!
— Зато совесть моя останется чиста, — подытожила я и повернулась, намереваясь вернуться во флигель. — Сейчас я соберу вещи и уйду из города. А Эвридика пусть подавится своей черной победой. Будь счастлива, сестрица! — Я, не оглядываясь, махнула рукой за спину, не желая еще раз видеть свою более удачливую соперницу. — Чтоб тебя мантикора три раза переварила…
Неожиданно позади раздались громкие крики и визги, а меня обдало сильным порывом ветра, едва не сбив с ног. Над парком мелькнуло что-то огромное, белое, похожее на тень от тучи, и стремительно упало на землю… Я обернулась…
Среди примятых кустов сидела довольная Мифрил и судорожно дергала кадыком. Из клюва мантикоры свисал длинный золотистый локон, а возле ее когтистых лап валялся кокетливый женский башмачок на высоком каблуке… Чуть поодаль из жухлой травы поднималась ехидно посмеивающаяся Элали, придерживая испачканный грязью подол длинного платья. Арден шепотом ругался, прикладывая к вскочившей на лбу шишке холодное лезвие кинжала. Пиолина успокаивала испуганную Пилю. Не хватало только Эвридики, запропастившейся невесть куда…
— Мифрил, ты в следующий раз изволь летать потише, — попросила я свою питомицу. — Вон какой переполох устроила…
Мантикора послушно кивнула и сделала глотательное движение. Локон, свисающий из клюва, втянулся в горло летуньи и исчез из виду.
— А где принцесса? — спросила я, еще не осмыслив увиденное.
— Там, куда ты ее и отправила! — назидательным тоном пояснила Элали и, не сдержавшись, начала истерично хохотать, схватившись за живот.
— Кажется, я овдовел. Еще до свадьбы! — наигранно плачущим голосом выдал Арден. — О, какое горе! — Его жалоба прозвучала совершенно ненатурально.
— Мифрил, ты что, съела Эвридику? — пробормотала я, поднимая туфельку. — Как ты посмела?!
Но вместо того чтобы ответить, мантикора лишь осуждающе курлыкнула и тяжело взлетела, всем своим видом выражая недовольство моим нелогичным поведением. Дескать, сначала сама приказы отдаешь, а потом еще и ругаешь за их точное исполнение. Ну и как тебя после этого понимать, хозяйка?..
Самое длинное и опасное путешествие всегда начинается с легкомысленных слов: «Я знаю короткую дорогу». Именно эту фразу я и произнесла, рассказывая Ардену о том, что собираюсь проникнуть в Звездную башню не через главные, запертые изнутри ворота, а пройдя тайным ходом, начинающимся в Немеркнущем Куполе. Приватный разговор состоялся ранним утром следующего дня, сопровождаемый плотным завтраком и последующим осмотром нашего оружия. Ибо, как говорит Ребекка: «Пустое брюхо на подвиги глухо».
— Я пойду с тобой! — ультимативно заявил любимый, потуже затягивая ремень на талии, к коему привесил целый арсенал, состоящий из меча, маленького арбалета и пары кинжалов. — И учти, возражения не принимаются!
Я сердито прикусила язык, пытаясь удержать просящиеся наружу колкости, и все равно не сдержалась:
— А ты хоть понимаешь, что в башне забаррикадировалась твоя матушка, которая, даже лишившись всех своих магов, остается очень опасным противником?
— Понимаю, — заверил Арден, многозначительно поигрывая кинжалом. — Думаешь, я позволю ей тебя убить? И не надейся, так легко ты от меня не избавишься.
— Арден, умоляю, прислушайся к моим доводам! — с потрясающей выдержкой нежно попросила я, тайком от него вонзая ногти в ладони, чтобы не сорваться и не закричать. — Ты — король и не имеешь права рисковать своей жизнью.
— А ты? — чуть поколебавшись, напрямую спросил он. — Имеешь, значит?
Я флегматично пожала плечами:
— Я — никто! Безродная полукровка, вечно ищущая приключений на свою седалищную часть. Если я погибну, Лаганахар быстро забудет обо мне.
— И кого ты пытаешься обмануть? — невесело рассмеялся любимый. — Меня или себя?
