— Вы, видно, выросли в какой-то провинциальной глуши, если умеете только хамить! — усмехнулась она, вставая из-за стола.
Шум, царящий в зале, стих, а головы всех присутствующих повернулись к принцессе.
— Что там произошло? — сердито осведомился весьма пьяный король, не имеющий сил выбраться из мягких объятий плотно придвинутого к столу кресла. — Дочка, сядь обратно и не мешай нам веселиться!
— Не сяду! — Эвридика строптиво надула губы. — Меня оскорбили!
— Кто? — требовательно повысил голос Кантор.
— Да вот этот нахал из провинции! — Пальчик принцессы обвинительным жестом указал на Беонира, который только теперь начал понимать, в какую серьезную переделку он вляпался.
— Я не нахал и родился в Блентайре! — гордо оповестил юноша, вскакивая на ноги.
Его заявление было встречено гулом возмущенных голосов, ибо даже малейшее упоминание о злополучном городе, некогда покинутом эльфами, считалось в Дархэме дурным тоном и вызывало негодование.
— И я умею говорить дамам комплименты! — упрямо продолжил юноша, лишь усугубляя свое и без того щекотливое положение.
— Ну-ну… — подначили несколько невнятных мужских голосов. — Докажи!
— Принцесса, у вас такие огромные глаза, что в них можно утонуть! — Беонир галантно поклонился Эвридике, красиво приложив руку к груди.
Принцесса сердито прикусила губу, не найдя повода для выражения недовольства, а юношу поддержало несколько хлопков, правда вялых и тихих. Похоже, при дворе Эвридику не любили.
Я облегченно вздохнула, разжимая судорожно сжатые кулаки. Я искренне переживала за своих друзей, но, к счастью, все обошлось и беда миновала. Вернее, почти миновала, но тут вмешалась Ребекка, просто обожающая право последней реплики.
— А на носу — повеситься! — вдруг вполголоса добавила ревнивая воительница, гармонично дополняя комплимент своего жениха.
По залу прокатилась шквальная волна хохота. Смеялись все: дамы и их кавалеры, лакеи в ливреях и разносящие блюда слуги, маги и стражники. Кажется, даже пламя свечей иронично колыхалось в такт всеобщему веселью, радуясь публичному унижению вредной принцессы.
Эвридика побагровела от негодования.
— Папочка, прикажи немедленно казнить этих чужаков! — взбешенно заорала она. — Ибо в моем лице они унизили весь Дархэм!
— Но… — озадаченно начал король, — они же пошутили. Они сейчас извинятся!
— Не дождетесь! — упрямо взвилась пьяная Ребекка, напористо стуча по столу кулаком. — За правду не извиняются!
Хохот возобновился с новой силой, ведь, что греха таить, нос у Эвридики и впрямь был чуть длинноват.
— Казнить чужаков! — верещали в унисон принцессе многие эльфийские девушки, которых очень уж задели красота и смелые манеры Ребекки.
Король растерянно молчал, нерешительно ерзая в кресле…
И тут поднялась королева. Она откинула вуаль, открывая свое бледное, искаженное от гнева лицо.
— Приказываю казнить наглых пришельцев! — холодно возвестила Эвника, взмахом руки подзывая стоящую возле дверей стражу. — Немедленно казнить обоих!
В пиршественном зале воцарилась гробовая тишина.
— Но как же так? — испуганно вякнула мгновенно протрезвевшая Ребекка. — Вот Тьма!..
— Это несправедливо! — возроптал Беонир, побледневший до синевы. — Надеюсь, это все не всерьез?
— Конечно всерьез! — непреклонно хмыкнула Эвника, снова усаживаясь на место. — Приговор королевы окончательный и обжалованию не подлежит!
— Чтоб вас всех мантикора три раза переварила! — с ненавистью рычала лайил, но стражники уже заломили ей руки за спину и вывели из-за стола. Ниуэ, не оказав никакого сопротивления, безмолвно последовал за невестой. С его бледного лица не сходила гримаса недоуменного отчуждения.
«Ну вот они и начались, мои ожидаемые неприятности!» — с каким-то противоестественным безразличием подумала я, Намеренно шумно отодвигая свое кресло. Как известно, гнев — плохой советчик. Поэтому если вас задели, то успокойтесь, выровняйте дыхание, досчитайте до десяти, а потом… спокойно бейте точно в челюсть!
— Эти воины являются моими друзьями и личными телохранителями, а посему не могут быть наказаны без моего согласия! — во весь голос возвестила я.
Прошелестел всеобщий вздох изумления, подобный шороху набегающей на гальку волны, заглушивший все остальные звуки.
— Тогда казните их вместе с хозяйкой! — ультимативно заорала Эвридика, радостно сверкая глазами.
— Я не ослышалась? Казнить вместе с Наследницей трех кланов, рожденной ради спасения Лаганахара? — с великолепным сарказмом уточнила я, подмигивая своей не в меру ретивой сестрице. — А не много ли ты на себя берешь, милая моя?
