— Значит, Сашка. Правильно решила, молодец, я был уверен, что ты не бросишь ребенка. Не такой ты человек.
И все же она не ожидала, что Вадим приедет забирать ее из больницы. Она уже собиралась выходить, когда дверь распахнулась, и Вадим, запыхавшись, вбежал с букетом цветов. У Надежды навернулись на глаза слезы. Теперь у нее было все, как у других. Она родила ребенка, ее встречает «муж» — никто из присутствующих, конечно, не догадывался о страшной истине. Как и другие, Вадим поцеловал «жену» в щеку, вручил цветы, бережно взял ребенка на руки. Надежда посмотрела на чудные белые гвоздики, и ей вспомнились ее недавние мечты о первой любви, о замужестве. Она вздохнула, словно бы прощаясь навсегда со своими утраченными грезами.
Время шло, малыш набирался сил. Надежда весь день проводила возле ребенка. Она все время разговаривала с ним, а он, словно что-то понимая, старался в ответ шевелить губами. Иногда она вглядывалась в его лицо, боясь найти малейшее сходство с человеком, который сделал ее несчастной. Однажды, когда Сашеньке было уже пять месяцев и она вышла с ним на прогулку, неожиданно подъехал на машине Вадим. Они пошли вместе. Вернувшись с прогулки, вместе вошли в квартиру. Дверь в комнату Андрея оказалась открытой. Надежда вздрогнула, прижимая к себе ребенка, как будто бы боясь, что его у нее отнимут. Андрей вышел к ним навстречу, посмотрел на ребенка и с наглой улыбкой заявил: «Поздравляю с прибавлением. Вот видишь, родственничек, как все хорошо — по проложенной дороге легче шагать».
Вадим замахнулся, но Надежда вовремя остановила его, сказав: «Он этого не стоит», — и спокойно прошла в комнату. Малыш стал теперь ее жизнью, но ей всегда приходилось отгонять от себя мысли о том, какой ценой достался ей ребенок. Надежде очень не хотелось оставаться в этой квартире, где все время приходилось опасаться встречи с человеком, который был причиной стольких несчастий для нее. Она просила Вадима, чтобы имя настоящего отца оставалось тайной для всех. А когда Александр вырастет и захочет узнать, кто его отец, она сочинит ему какую-нибудь красивую легенду о погибшем летчике или мужественном полярнике. Никто никогда не узнает правду о том, что произошло, никогда мальчик не услышит о ничтожном человеке, бывшем случайной причиной его появления на свет.
Иногда Надежда просила соседку побыть с мальчиком, когда ей надо было сбегать в магазин. Старушка очень привязалась к ребенку, часто заходила, чтобы поиграть с ним. Об отце она не расспрашивала, думая, что Вадим и есть отец, потому что она часто видела его входящим или выходящим из квартиры.
Дни шли за днями. У мальчика появился первый зуб, он научился садиться. Первым, с кем счастливая мать делилась своими радостями, был Вадим. Он знал обо всех успехах мальчика и настолько привязался к ребенку, что не мог пройти мимо магазина игрушек, не купив что-нибудь для Саши. Сидя вечерами в своей холостяцкой квартире, Вадим все чаще представлял Надежду в роли своей жены. Мысль о женитьбе с некоторых пор не оставляла его. Ему хотелось поговорить с Надеждой, но он все тянул и тянул время, боясь расстаться со своей вольной жизнью и сомневаясь в ее чувствах к нему. Наконец, Вадим решился. Твердым шагом он подошел к телефону, набрал номер и стал ждать ответа. Она долго не поднимала трубку, но Вадим все же дождался и услышал запыхавшуюся Надю:
— А, это вы!..
— Что случилось, ты так дышишь, словно за тобой кто-то гонится, — спросил Вадим.
— Мы с Сашенькой примеряли новый костюмчик, а потом прыгали, он такой хорошенький, завтра пойдем фотографироваться. Ему скоро год, а мы еще ни разу не снимались. Да и пора моей маме сообщить о внуке. Пусть порадуется, какой богатырь растет, — весело щебетала Надя.
— Ты знаешь, у меня нет никаких планов на завтра. Если ты не возражаешь, можем день провести вместе. Когда вы пойдете фотографироваться?
— Ну, пока соберемся… Думаю, около одиннадцати выйдем.
— Ждите меня, ровно в одиннадцать буду. Ну все, до завтра, — и Вадим повесил трубку.
Рано утром Надежда выглянула в окно. День обещал быть солнечным. Она подошла к кроватке, ребенок еще спал, ей хотелось взять его и прижать к себе, нежность переполняла ее. Посмотрела на приготовленный костюмчик, в который предстояло его нарядить. А ее мать еще не знала о таком замечательном внуке. Все мысли о пережитом позоре уже позади, никто на нее не показывает пальцем, как это было бы в деревне. В это время ребенок зашевелился, прервав ее размышления, открыл глаза и заулыбался, увидев мать.
— Вот какие мы большие, какие красивые. Сейчас поедим, потом помоемся. Посмотри, какой красивый костюм у тебя, — ворковала Надежда.
Посадив его в ванну, набросав туда игрушек, мать совершенно забыла о времени, играя с ребенком. Малыш хлопал ручками по воде, и брызги летели в разные стороны. Он уже начинал говорить. Надежда брала игрушки и спрашивала, что это, а что это, и он, смешно переиначивая слова, пытался отвечать. Его первым словом было «мама». Надежда взяла его из ванны, он закапризничал, просясь обратно в воду.