Держась за стену, Богустов поплелся в коридор. Прямо на его пути стояла, прислонившись к стене, полуголая девица с огромной грудью. Парень дрожащей рукой задирал ей юбку.
— Нашли место, — злобно бормотал старик, но на него никто не обращал внимания. Не успел он дойти до кухни, как услышал за спиной томительное мычание. Эти звуки пробудили в старике давно забытые чувства. «Если бы не проклятая болезнь, я бы ей показал, на что способен», — думал он.
Возвращаясь со стаканом воды, Богустов видел, как грудь девицы вздымалась и опускалась, словно в ритуальном танце. Девка в руках парня стонала от наслаждения. Из комнаты Андрея доносились приглушенные вздохи. Вероятно, остальные устроили групповой секс.
«Да, времена изменились, — рассуждал вслух старик. — Разве так было в наше время? Все приходилось скрывать».
Ему, старому комиссару, приходилось скрывать многое. Надо было скрывать свою любовь, единственную любовь, которую он своими же руками погубил, скрывать убийство лучшего друга, веру в Бога, потому что коммунистам верить не положено.
В 20-е годы большевики церкви разграбили и закрыли, религию объявили «опиумом для народа», священников расстреливали или ссылали в Сибирь.
Коммунист Николай Степанович Богустов в глубине души никогда не переставал верить в Бога, однако тщательно скрывал это. В тайнике у него хранилась маленькая иконка, и вечерами, когда в доме никого не было, он потихоньку молился перед ней, прислушиваясь, как бы кто не вошел.
Взяв две таблетки снотворного, старик посмотрел на бутылочки с лекарствами, хотел было взять еще, но затем передумал. Все-таки страшновато умирать без исповеди. Страшно отправиться на тот свет и лицом к лицу встретиться с убиенными. А сколько их было…
Он принял лекарство, медленно забрался под одеяло. Его бил озноб, хотя в квартире было очень жарко.
«Как бы исповедаться?» — думал старик.
Снотворное начало действовать, туманя мысли. Ему становилось немного лучше. Перед ним возникло красивое молодое лицо. Эта девушка, любимая, — она не изменилась и не постарела с годами, навсегда осталась молодой. И чем ближе к концу его жизнь, тем чаще приходила она к Богустову — девушка с длинной русой косой. Вот и сейчас она стояла в темном углу и смотрела на него. Белая блузка была разорвана, виднелись красивые пышные груди. Ему хотелось подойти и потрогать ее, он протянул руку и сразу же увидел, как тонкая красная струйка потекла под левым соском. Он хотел закричать, но только беззвучно пошевелил губами и погрузился в сон.
Тем временем в соседней комнате все успокоилось. Часть гостей разошлась по домам, другие заснули. Андрей, как хозяин, устроился лучше других: он лежал на широком диване, а по бокам сопели две девицы. Убедившись, что они спят крепким сном, он перевел взгляд на девушку, спавшую в кресле. Ее приятель уснул в другой комнате. Простыня сползла с обнаженного тела, и Андрей мог видеть огромные груди, ноги, разведенные в стороны… Он поднялся, погасил свет, и подождав, пока глаза привыкнут к темноте, тихо направился к креслу. Пьяная девка страстно и с наслаждением забормотала:
— О-о-о, Саня, как хорошо, как хорошо…
Андрей не обращал внимания на то, что девица называла его другим именем, это ему было совершенно безразлично, его возбуждали ее вздохи.
Солнечный луч двигался по комнате, медленно переползая со стены на кровать, на подушку и, наконец, ласково коснулся лица спящей девушки. Она открыла глаза и поморщилась. Было восемь часов утра. Надежда вскочила, достала из чемодана халат, быстро надела его. «О Господи, чуть все не проспала, — испугалась она. — Наверное, Вадим уже встал и думает, какая же она соня».
Но в квартире стояла тишина. Девушка долго не могла решиться войти в спальню, проверить, дома ли хозяин. Так и не заглянув к нему, она направилась в ванную. Затем, приготовив завтрак и накрыв на стол, Надя опять в нерешительности подошла к дверям спальни. Постояв немного, она, сначала робко, потом более решительно стукнула в дверь. Из комнаты послышался сонный голос:
— Заходи, не бойся.
— Нет, я только хочу сказать, что завтрак готов, — быстро ответила девушка через закрытую дверь.
— Ладно, сейчас, — донеслось из комнаты.
Слышно было, как Вадим зевал и потягивался. Сидя на кухне в ожидании хозяина, Надежда составляла планы на день. В первую очередь, ей необходимо найти работу. После школы она училась на продавца. Магазинов в Ленинграде множество, конечно, в одном из них, думала Надежда, найдется место и для нее. Но вот как отыскать жилье, она не знала. Надо бы спросить у Вадима, вдруг он сумеет помочь…
— Ох, как славно, хоть выспался наконец-то, — проговорил Вадим, выходя на кухню.
«Хорошо, что отключил телефон, а то бы не было покоя, — думал он про себя. — Включу потом, а то и поесть спокойно не дадут».
— Ну, что ты будешь делать сегодня? — поинтересовался Вадим.
— Пойду пройдусь, — коротко ответила Надя.
— Не забудь взять ключи, да запиши адрес и телефон, а то вдруг потеряешься.