Я наконец отпустил отца, хотя он продолжал держать меня за руку, словно желая защитить. Напасть снова уставился в небо.
— Это ты доставил его сюда? — спросил отец.
Напасть рассеянно кивнул.
— Спасибо тебе, герой. — В голосе отца звучала уверенность, какой я не слышал с тех пор, как умерла мама. — Спасибо тебе за этот подарок. Ты наверняка великий человек в своем мире, преисполненный сочувствия.
Напасть хмуро переводил взгляд с отца на меня и обратно.
— Во имя вечного треска, — прошептал он, — я вижу… Я почувствовал, что силы Меган иссякают и мы скоро вернемся назад.
— Я ухожу. — Я снова обнял отца. — У меня нет выбора. Но… отец, я прощаю тебя. Знай, что я тебя прощаю.
Слова эти были излишни, но я знал, что должен их сказать.
— Я прощаю тебя, — со слезами на глазах проговорил отец. — Дэвид, сынок… мне вполне хватает знать, что где-то ты все еще жив.
Мир померк вместе с моим отцом. Я ожидал боли и раздирающей душу тоски, но ощутил лишь покой.
Отец был прав. Этого вполне хватало.
Мы с Напастью вновь появились внутри стеклянной космической станции. Меган и Проф стояли наготове: она — с пистолетом, Проф — со световыми копьями. Я поднял руки, успокаивая обоих.
Напасть оставался в своем человеческом облике. Он нисколько не изменился, лишь опустился на стеклянный пол, невидяще глядя перед собой. Наконец от него начало исходить слабое красное сияние, и он посмотрел на нас.
— Вы — зло, — почти умоляюще произнес он.
— Я — нет, — ответила Меган.
— Вы… вы все уничтожите, — проговорил он.
— Нет, — хрипло сказал Проф. — Нет.
Напасть взглянул на меня, я же поднялся и присоединился к двум другим эпикам.
— Твоей порочности недостаточно, — заявил я. — Как и твоих страхов, твоей ненависти. Мы не станем такими, Напасть.
Он начал раскачиваться, обхватив себя руками.
— Знаешь, в чем разница? — спросил я. — Почему наши способности стали существовать независимо от твоих? Со всеми нами случилось одно и то же. Меган вбежала в горящее здание. Я нырнул в океан. Эдмунд оттащил собаку. А Проф явился сюда. Дело не только в том, чтобы противостоять собственным страхам…
— …но и в том, чтобы их преодолеть, — прошептал Напасть, переводя взгляд с меня на остальных, — ради чьего-то спасения.
— Ты этого боишься? — тихо спросил я. — Что мы не те, кем ты нас считал? Тебя пугает мысль, что в глубине души люди вовсе не чудовища? Что мы на самом деле изначально добры?
Он уставился на меня, а затем рухнул, скорчившись на стеклянном полу. Исходивший от него красный свет погас, а потом он просто исчез, не оставив после себя ни малейшего следа.
— Мы… его убили? — спросила Меган.
— Почти, — ответил я.
Послышался грохот, и станция накренилась.
— Я с самого начала знал, что эта штука находится слишком низко для подобной орбитальной скорости! — крикнул Проф. — Треск! Нужно связаться с Тиа и… — Он побледнел.
Станция перевернулась, и нас швырнуло на потолок. До этого ей не давал разрушиться Напасть, но теперь стекло пошло трещинами из-за внутреннего давления. Несколько секунд спустя мы уже камнем неслись к Земле и станция вокруг нас разваливалась на части.
Но я оставался спокоен.
Ибо в том, другом мире рубашку моего отца украшал знакомый мне символ — стилизованная буква S. Символ, который многое значил.
Символ верующих.
«Герои придут. Нужно только подождать».
Я в полной мере ощутил собственное могущество.
Я сидел на склоне холма в тени упавшей космической станции, которую, пока мы падали, я превратил в сталь. Совершив трансформацию, я вышел через дыру в борту и, крепко ухватившись за ее края, замедлил падение, а затем вывел станцию из смертельного штопора и в конце концов посадил.
Впрочем, скорее это была не посадка, а катастрофа. Оказалось, что летать намного сложнее, чем может показаться. В воздухе я чувствовал себя не более уверенно, чем семнадцать престарелых моржей, пытающихся жонглировать живой рыбой-мечом.
«Возможно, придется еще над этим поработать», — подумал я.
Подошла Меган, как всегда сияющая, несмотря на синяки после, скажем так, не слишком мягкой посадки. Сев рядом, она взяла меня за руку.
— Ну так что, — спросила она, — станешь теперь суперкрутым?
— Не знаю. — Я расслабился. — Стальное Сердце был суперкрут, и мой отец такой же. Может, это входит в комплект.
— Ну хоть что-то. А то ты даже целоваться не умеешь.
— Слушай, дай мне только потренироваться — и все будет.
— Принято к сведению.
Мы находились где-то в Австралии — судя по словам Ночного Сокола, который послал за нами вертолет. До его прибытия оставалось еще несколько часов. Я не готов был довериться своему умению летать, чтобы вернуть всех нас в Северную Америку.
— Как он? — Я кивнул в сторону другого холма.
— Плохо, — ответила Меган, глядя на Профа, который сидел, уставившись в небо. — Ему придется с этим жить, как и мне. То, что мы совершали, когда нами овладевала тьма… в общем, казалось, будто это наши собственные поступки. Иногда словно во сне, но все равно по собственному выбору. И что страшнее — остаются приятные воспоминания…
