Зная характер коменды, иду искать себе место на скамейке в каком-нибудь дворе. Надеюсь, что, может, и с подъездом повезет.

С каждым шагом идти становится все тяжелее. Сквозь пелену вижу новую жилую скобу.

Подхожу к калитке, у которой стоит парень с коробом “Додо-пицца”.

Он проходит на закрытую территорию. Я за ним. Сил идти нет.

Сажусь на первую качель. Прислоняюсь головой к холодному железу. Даю себе время отдышаться.

В моем мозге начинают пролетать картинки.

Вот счастливое детство. Мне пять лет. Я с папой на каруселях.

Вот мы стоим с мамой и родней около его могилки. А после…

Я ощущаю легкость во всем теле и лечу.

Вижу себя на горячем песке под палящим солнцем.

Мне ужасно жарко. Во рту пересохло. Хочется пить.

С мыслью: “Я, наверное, перегрелась или получила солнечный удар!” - облизываю губы. Чувствую меня тормошат.

- Эй! Девчонка! Ты живая?! - слышу сквозь вату красивый мужской голос.

Пытаюсь открыть глаза.

Веки словно склеились.

Все же умудряюсь их разлепить.

Передо мной мужчина. Он для меня, словно принц из сказки.

- Ты пришел меня спасти.., - шепчу, пытаясь растянуть губы в улыбке, и закрываю глаза.

- Как зовут тебя, детка? Меня Родион…

Снова приоткрываю веки, и смотрю на того, кто назвал себя Родионом. И тут…

Картинка воспоминаний резко рассыпается на пиксели, и я ощущаю, как тело Роди пробивает крупная дрожь.

По его мужественному лицу проходит судорога, и градом течет пот.

Родион руками хватается за голову, ожесточенно дергая ёжик волос.

Картина его боли дополняется громким утробным воем.

- Я не боюсь тебя, - повторяю тихо и вкрадчиво. - Не боюсь…

- Уходи! Вон отсюда! Беги, Мила! И молись, чтобы я тебя не догнал!

<p>Глава 1</p>

Глава 1

Мила

- Как уже надоели эти алкаши чертовы! Элка, мать твою, забери своего ебаря! Открой дверь, поэтесса хренова, - орет и колотит кулаками в нашу дверь соседка баба Нюра. - Я сейчас ментов вызову. Весь подъезд твои кобели зассали…

Я в свой комнате, закрывшись на замок, рисую картину “Весна - состояние души” на мольберте, который мне остался от отца.

Крики соседки слышу хорошо. Так же, как и…

Музыку и завывающий голос матери, декламирующей свои новые стихи своим новым слушателям.

Соседка баба Нюра их обзывает собутыльниками, алкашами и еще несколькими матерными словами.

Я их не называю никак.

В присутствии посторонних в нашей квартире, а это чаще всего мужчины, стараюсь из своей комнаты не выходить. У меня даже горшок детский для этого есть. На случай непредвиденной нужды.

Сейчас слушая бурные аплодисменты и нестройные пьяные крики “браво”, думаю о двух вещах.

Первая - хорошо, что успела взять немного еды, что осталась после вчерашнего маминого разгуляя с ее новым хахалем, которого она мне в очередной раз велела называть папой.

Вторая - славно, что мне осталось не долго жить дома. По предварительным результатам я уже принята в архитектурно-строительный колледж. Мне даже место в общежитие дадут.

И все это благодаря доброте и ходатайству моего классного руководителя Инны Владимировны. Она хоть и вредная изрядно, но зато справедливая и честная. Еще она отца моего учила рисованию и черчению.

“- Ты, Милочка, талантливая как и твой отец. Только не будь такой слабохарактерной. И помни, алкоголь - враг таланта,” - тут же всплывают в памяти слова Инны, как мы ее любовно называем за глаза.

Я ненавижу алкоголь, пьющих людей и застолья, которые в нашем доме практически не заканчиваются.

Затишье иногда наступает, но только по причине отсутствия денег. Ну, или тех, у кого они могут быть.

Иногда мать просит у меня в долг.

Раньше она заработанные мной копейки за проданные картины просто забирала. Но…

После того, как я перестала приносить домой деньги, мать начала просить в долг.

Конечно, мне хорошо известно, что денег никто и никогда не вернет. Но…

Лучше пусть просит, чем оскорбляет и бьет меня в истерике.

Перейти на страницу:
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже