– Крис, – обратилась она к своему заключенному, – что ты собираешься делать?
– Пережду здесь какое-то время. Дам Федерации сделать первый шаг.
– А я… – начала говорить девушка, но Крис ее перебил.
– Майор, не порть себе жизнь. Скажи так, как будет выгоднее для тебя.
– Отправляемся! – послышался протяжный голос водителя.
Келли пошла к автобусу. Она оглянулась перед тем как зайти внутрь – мужчина и моллюск улыбались ей.
Она зашла в внутрь. Заняла свое место. Выглянула в окно. Крис и Пако махали ей. Она тоже хотела помахать в ответ, но не решилась поднять руку.
Автобус тронулся. Дорога предстояла долгая. До Миллениума было двенадцать часов пути на летательнодорожном транспорте. Майор поздно спохватилась, что это время ей будет нечего делать.
Она сидела у окна, вовремя успев занять место, которое было свободно и показалось ей удобнее. Остальным не так повезло с местами. Те, кто не успел сесть сразу, достали складные табуретки с полки для багажа и разместились между рядами.
Последними в автобус зашли водитель и охранник. У охранника на поясе висела кобура с пистолетом. По торчащей рукоятке майор определила, что это был лазерный полуавтоматический двенадцати зарядный пистолет «Калмер-12». Такие были специально разработаны для службы охраны. Пистолет не обладал достаточной мощью для ведения боевых действий, его основная задача – усмирение нарушителей порядка. Заряд лазера может принести сильные болевые ощущения, ожоги, разрывы тканей, но добиться летального исхода выстрелом из такого оружия проблематично. Охранник занял место вначале автобуса на сиденье развернутом к пассажирам.
Рядом с Келли подсела другая юная девушка. Она были одета куда скромнее. Ее вещи были потрепаны, растянуты, имели въевшиеся пятна. Как почти у всех пассажиров, цвет ткани ее одежды имел красноватый оттенок. Сама юная девушка была худенькой, ее лицо выглядело изнеможденным, щеки были впалыми от истощения. Она с любопытством посмотрела на Келли и ее наряд.
– Новая? – спросила она.
– Ты о чем? – переспросила Келли.
– Твоя одежда новая?
– А… Ты об этом… – майор посмотрела по сторонам, автобус был полон таких же доходяг. Стариков не было, как и детей. Келли предположила, что все они рабочие. Ей стало неловко чувствовать себя сытой, не говоря уже о том, что на ней обновки. – Ага, новая. – Нехотя призналась она.
– Классно! Ты же не местная? С какой ты планеты? С Земли? Я слышала, что на Земле у всех новая одежда. А еще, говорят, что люди там едят пока не лопнут – еда на Земле такая вкусная, что невозможно остановиться! Тогда получается, что ты не с Земли. Ты очень стройная.
– Да, я не с Земли. – скромно ответила Келли. – Я с космической станции Союз. И у нас на станции люди не лопаются от переедания. – она улыбнулась. – А тебе сколько? Зачем едешь в Миллениум? – Ни то, чтобы Келли было это интересно, просто она решила, что во время беседы время пролетит быстрее. К тому же, ее собеседница показалась ей милой.
– Мне пятнадцать. Еду в столицу на работу. Когда смена кончается, я снова возвращаюсь в Приморский. Я уже год так работаю.
– С четырнадцати? Это нормально для твоего возраста?
– Мне приходится работать. Это наказание.
– Приходится? Как? Тебя заставляют родители?! – Келли была возмущена.
– Наказание за то, что я ворую. Сперва мне кушать хотелось и я попробовала украсть. А сейчас… Даже не знаю. Кажется, мне нравится воровать.
Келли была шокирована. Она не знала, что сказать и что делать! Юная девушка рассказывала о своем грехе столь обыденно будто это нормальное увлечение подростка, а не преступление. Работу она воспринимала как должное, а не как наказание. Какая жизнь могла заставить ребенка так рассуждать?
– А родителей у меня нет. – казалось вовсе без сожаления добавила девушка. – Наверное… – засомневалась она. – Они же не у всех есть?
Келли стало и страшно и жалко бедняжку одновременно. «Она воспринимает жизнь абсолютно иначе, нежили я, – подумала майор, – похоже никто на столько не считался с тем, что чувствует эта девочка, что она сема перестала признавать свои чувства».
– Знаешь, что? – Келли хотела увести разговор в более приятное русло и, хоть немножко, развеселить свою собеседницу. Она достала из рюкзака одно из пирожных, которые ей дал Пако. – Это тебе! Угощайся! Оно очень вкусное. Называется «Эклер». Ты раньше ела такие?
Может девушка раньше и не ела таких, но было заметно, что ей очень захотелось. Ее глаза заблестели.
– Это мне? – не поверила сразу она.
– Да! Бери! Кушай на здоровье! – улыбалась Келли.
– А что нужно делать?
– А? Что? В каком смысле? Бери пирожное и кушай.
Юная девушка стала нервно теребить свою заляпанную юбку.
– Вы красивая, но… Сперва скажи, что нужно делать? Я могу не согласиться. – сказала она, опустив глаза.
Келли впала в ступор. Что могла надумать себе эта девочка? Неужели на этой планете нельзя угостить человека без задней мысли? Нужно было выкручиваться, пока другие пассажиры не услышали их разговор и тоже не подумали плохого.
