Журнал В«Р
Телеграфный барабан африканцев выдолблен из целого куска дерева. Палочками бьют по краям продольной щели барабана, так что он превращается в подобие ксилофона. Звуки его соответствуют интонациям языков различных африканских племен, и все они понимают передаваемые известия. Кроме языка, понятного каждому племени, существует еще международный язык, известный только барабанщикам и некоторым колдунам. На нем переговариваются между собой барабанщики всех областей Африки, где существуют телеграфные барабаны. В этих областях живут от 80 до 100 миллионов человек. Еще не было случая, чтобы барабанщик выдал тайну международного языка. Этому препятствует вера в то, что всемогущие духи покарали бы подобное предательство. В наше время телеграфный африканский барабан «локали» является действенным оружием в борьбе негров за свободу. Но раскрытия тайны телеграфных барабанов придется ждать, пока нас не посвятит в нее кто-нибудь из прогрессивных африканцев.
Клип-клип-клипити-клеп… — неслись издалека монотонные звуки. — Клип-клип-клеп… — На мгновение они замирали, а потом с новой силой, настойчиво и упорно неслись через леса, реки и саванны… — Клип-клеп-клип… — Звуки эти проникали в жилища людей, одни слушали их настороженно, другие — безразлично. В них были то убеждение и призыв, то строгость и приказ, то непримиримость.
Деревенский барабанщик Бакпве-ба стоял посреди поляны и смотрел на быстро догоравший закат.
Звуки барабана доносились сюда из-за виднеющегося на горизонте девственного леса. Бакпве-ба прислушивался к ним и в той же последовательности повторял на своем барабане, передавая их дальше. Барабан локали почернел от времени, но в нем нет ни единой трещинки. Вдоль него выдолблена щель, по краям которой Бакпве-ба искусно и сильно наносит своими палочками то короткие, то длинные удары. Замечательный инструмент этот локали, переходящий из поколения в поколение: к нему стоит только прикоснуться пальцем — и он поет, как скрипка.
На почтительном расстоянии от Бакпве-ба, как требовал обычай, расположилась группка старых и молодых жителей деревни, самых любопытных и смышленых, тех, кто не смог усидеть дома. Бакпве-ба гордо и страстно исполнял обязанности вестника. Он никогда не ошибался и мог слово в слово повторять целые фразы, память у него была столь же безупречна, как отражение берега в озере.
Звуки барабана слышали даже те, кто оставался в своих хижинах. Хотел того человек или нет, он не мог укрыться от настойчивой барабанной дроби. Как бы он ни противился, как бы ни закрывал уши ладонями, все равно звуки словно проникали сквозь кожу.
Слушал их и колдун Юмактро, вытянувшись в своей хижине на ложе из девяти пантеровых шкур. Он старался не пропустить ни одного удара, для него было важно все, что сообщал далекий локали. Ведь он один разбирался в том, что хорошо, а что плохо, и мог предотвращать несчастья заклинаниями, молитвами и колдовством. Многое из того, что приносили новые времена и о чем он узнавал лишь благодаря локали, приходилось объявлять измышлением злых духов, которые не почитали богов их рода.
С раздражением прислушивался к звукам барабана «великий» Кикоругве, местный король и староста деревни в одном лице. Сегодня он лег пораньше, мечтая скорее заснуть. Всю прошлую ночь ему не удалось сомкнуть глаз — так сильно болел зуб. А сейчас только он задремал на своей веранде, как вдруг раздался первый громкий удар барабана.
Король тихо застонал, понимая, что теперь ему, видимо, не дадут уснуть до самого утра. Приходится слушать какую-то провинциальную болтовню. У короля имеются более точные и безусловно достоверные сведения, полученные из уст самого сэра Джона Фридерика, с которым он ведет торговлю.
Если бы все зависело от Кикоругве, он давно бы запретил локали, но городские власти терпят их, опасаясь раздражать и без того возбужденные деревни. Передавать новости посредством локали — туземный обычай, и нарушать его не решается даже сэр Фридерик.
