Египтолог Кэндис Армстронг занимается раскопками в пустыне под руководством профессора Джона Мастерса. Спустя некоторое время профессор попадает в больницу с небольшими ушибами и умирает при загадочных обстоятельствах. Перед смертью он призывает к себе Кэндис и просит ее отыскать Звезду Вавилона, не объясняя, впрочем, что это такое. В больнице она знакомится с сыном профессора, детективом Гленном Мастерсом, который уверен в том, что отцу «помогли» уйти из жизни. Кэндис решает ему помочь…Молодая женщина-египтолог Кэндис Армстронг занимается раскопками в пустыне под руководством профессора Джона Мастерса. Спустя некоторое время профессор внезапно умирает. Перед смертью он просит Кэндис отыскать Звезду Вавилона, но не успевает объяснить, что это такое. Сын профессора, детектив Гленн Мастерс, уверен в том, что отца убили. Кэндис знакомится с ним и рассказывает ему о таинственной Звезде…
Моему мужу, Джорджу, с любовью
За исключением реальных исторических событий и действующих лиц, описываемых в этом романе, все ситуации в данном произведении являются вымышленными, и любое совпадение с реально существующими людьми совершенно случайно
Пробираясь в темноте потайного хода, жрица не смела остановиться даже перевести дыхание, хотя ноги изнывали от боли. За ее спиной шла смерть — не только за ней, но за всеми. Она обязана предупредить их.
Библиотека пылала в огне.
Жрица споткнулась, оцарапала голое плечо о шершавую стену и чуть не упала. Но, устояв на ногах, продолжала бежать, ее легкие разрывались от нехватки кислорода. Даже здесь, в относительной безопасности, она ощущала жар, вдыхала дым пожарища. Успеет ли она добраться до остальных вовремя?
Вытирая теплое масло с обнаженной кожи, Филос размышлял о том, как ему удалось привлечь внимание самого красивого создания во всем мире. Артемидия с этим, конечно бы, не согласилась, жалуясь, что ее лицо слишком округлое, а нос чересчур прямой. Но для верховного жреца Филоса она была прекрасна; он был околдован ею, впрочем, не он один: другие мужчины также смотрели на нее не отводя глаз.
Они только что занимались любовью, и теперь она принимала ванну, наполненную ароматизированной водой. После они должны вернуться порознь в Библиотеку, чтобы продолжить выполнять свои священные обязанности, сохраняя в тайне запретную любовь.
Артемидия посмотрела на него сквозь пар, поднимавшийся от воды. Филос всегда снимал свой парик, когда приходил на ее ложе.
Как и все жрецы, он брил голову. Это придавало ему вид орла, особенно с его выдающимся носом, который она обожала. Филос был самым красивым мужчиной во всем мире. И он принадлежал ей.
Если бы только они могли пожениться!
Но они были преданны службе в Библиотеке и ее тайной миссии с самого своего рождения. Будучи детьми, они приняли обет целомудрия, не особо задумываясь об этом, ведь что мог ребенок знать о физической любви? Если станет известно об их запрещенных отношениях, то они будут изгнаны из жрецов, отлучены от своей семьи и отправлены умирать в пустыню.
Филос резко обернулся — за дверью послышался какой-то звук. Кто-то идет!
Она тоже услышала.
— Прячься! — крикнула она.
Слишком поздно.
Дверь распахнулась, в проеме стояла жрица из Библиотеки, ее белое одеяние было разорвано у плеч. Страх застыл на ее лице. Она не заметила присутствия верховного жреца Филоса в покоях Артемидии.
— Библиотека в огне!
Теперь они почувствовали запах дыма и, раздвинув шторы, чтобы выглянуть в темноту ночи, увидели золотое сияние над Библиотекой. Они поспешно оделись и выбежали на улицу.
То, что предстало их взору, ошеломило их. Прекрасные колонны, арки и своды — все было объято пламенем. Улицы запружены людьми, которые бегали взад-вперед, вытаскивая из горящих зданий кресла, столы, книги, бросали их в большие кучи и поджигали.
Обезумевшая толпа тащила все, до чего могла добраться, вынося из Библиотеки кувшины с вином, священные масла и золотые лампы.
— Мы должны остановить их! — закричала Артемидия, но Филос удержал ее, показав, как жрецов и жриц выволакивали на улицу, стаскивали с них одежду и бросали на костры.
— Мы должны спасти то, что сможем, — произнес Филос, взяв ее за руку, и они побежали в гавань, где высокие стены на протяжении шести веков защищали Библиотеку со стороны моря. Здесь они нашли потайной ход и, спускаясь по задымленному тоннелю, встретили других жрецов и жриц, несущих то немногое, что удалось сохранить от глаз бушующей толпы.
— Идите к докам, — приказал им Филос. — Забирайте что сможете, но спасайтесь сами.
Филос и Артемидия пробрались в самую глубь комплекса Библиотеки — святая святых, где хранились священные книги. Используя свои одежды как сумки, они быстро собрали свитки, ощущая жар, идущий из-за стен, и вдыхая плотный дым.
Присоединившись к своим братьям и сестрам, они побежали в гавань, неся с собой ценнейшие реликвии, которые удалось спасти. Но толпа преградила им путь, лица безумцев освещала жажда крови и убийства.
— Язычники! — закричали они. — Дьявольское отродье!
Жрецы начали прорываться, но кое-кого из них толпа схватила.
Погромщики набросились на них с дубинками, разбивая несчастным головы.
Филос понял, что вдвоем с Артемидией им спастись не удастся — но, возможно, благодаря отвлекающему маневру один из них сможет выбраться отсюда.
— Беги! — крикнул он, отдавая ей свои свитки. — Возьми. Я отвлеку их. Они пойдут за мной.
— Я не пойду без тебя! — Слезы текли по ее лицу.
— Любимая, эти книги ценнее моей жизни. Мы снова встретимся с тобой в Свете.
