— …все мер’ай сейчас на службе, — медленно доходили до его сознания слова Ханта, — если надо, я созову их всех.
Каст опустил лоскут и кивнул. Хант первым зашагал к выходу. Но не прошли они и полпути, как услыхали скрип задвигаемого засова. Сын шкипера, удивленно подняв брови, оглянулся на Каста. И тогда за дверью зазвенела сталь, раздались крики.
Оба воина кинулись вперед. Хант навалился на дверь, но та не шелохнулась.
— Врент!
Каст выглянул в зарешеченное окошко. В тусклом свете факела он увидел, как пятерых кровавых наездников убивали их же соплеменники. Кривые кинжалы вспарывали глотки, а копья и мечи пронзали тела. Струилась кровь. Мгновение, другое — и на полу остались лишь мертвые тела и выпущенные внутренности. Кровь темнела в неровностях пола.
Внезапно перед ним, загораживая обзор, возникло лицо Врента. Взгляд его горел безумием, а на губах белела пена.
— Что ты творишь, Врент?! — кричал Хант, пытаясь дотянуться до кузена сквозь прутья, но не смог высунуть даже кулак.
Одной рукой обнажая меч, Каст оттолкнул его в сторону.
— Его настигла порча! Это не мер’ай виноваты. Нас предали наши же люди.
Врент продолжал пристально смотреть сквозь решетку.
— Тогда почему он показал мне, что яиц не хватает? — возмутился Хант.
— Чтобы ты нашел это, — Каст показал кусочек кожи. — А потом привел меня сюда. Это ловушка.
Будто в подтверждение его слов, позади послышался треск, как если бы по камню ударили молотком. Оба дри’ренди повернулись к куче яиц, возвышавшейся посреди темницы.
Крак… крак… крак…
— Они вылупляются, — прошептал Каст.
Куча задрожала. Самое верхнее яйцо свалилось и ударилось о пол. Покатившись к людям, оно раскололось, испустив зеленоватый пар, отчетливо заметный в ледяном воздухе. Шары размером с кулак разлетелись во все стороны, влажно шлепаясь о стены и пол.
Один из них коснулся лодыжки Ханта и прилип к ней.
— Добрая Матушка! — Воин сбросил монстра ударом факела и отпрыгнул подальше.
Но, оказавшись на полу, существо выпустило щупальца и принялось прыгать, словно отвратительная жаба.
— Берегись! — воскликнул Каст.
Повсюду вокруг них — на потолке, на стенах, на полу — чудовища отращивали червеобразные придатки и щупальца.
Хант выставил перед собой факел, намереваясь отгонять их огнем. Но вместо того, чтобы испугаться, твари тянулись к пламени. Влажные тела запульсировали в одном ритме с мерцающими языками огня, когда существа запрыгали к воинам.
— Надо убираться отсюда, — сказал Хант, заметив, что в подземелье лопаются новые яйца.
— Выхода нет, — невозмутимо ответил Каст, держа наготове меч.
— Но почему они не убили нас сразу? — голос Ханта дрогнул от ужаса. — Почему заманили сюда?
— Потому что нам нужен дракон, братишка Хант! — раздался позади исполненный злобной радости голос.
Каст резко обернулся. Лицо Врента в зарешеченном окошке сменилось другим. При виде этих глаз, синих, словно море, бледного лица и темно-зеленых волос сердце воина встрепенулось и забилось сильнее. Несмотря на грозившую ему опасность, Каст почувствовал облегчение.
— Сай-вен!
На закате принц Тайрус опустил зрительную трубу и, высунувшись из вороньего гнезда «Отчаянного сумасбродства», приказал первому помощнику:
— Сигнальные огни на севере! Правь в ближайшую бухту!
Чтобы не свалиться и не разбить череп о палубу собственного корабля, ему пришлось покрепче вцепиться в ограждение.
Он отвернулся, зная, что его распоряжения будут неукоснительно выполнены. Ноги принца-пирата легко поймали ритм раскачивающейся грот-мачты, лицо горело от солнца и соленого ветра. До побережья оставалось не больше четверти лиги. Здесь, на далеком севере, весь берег представлял собой сплошную скалу, на которой росли сосны, искореженные непрерывными ветрами, дующими с залива Т’лек.
Когда судно приблизилось к утесам и паруса заполоскали на ветру, Тайрус направил зрительную трубу на костер, разложенный над обрывом. Он высматривал, кто же подает сигнал, надеясь увидеть коренастые фигуры д’варфов, но не заметил никакого движения. Позади костра он различил очертания небольшой деревни, разрушенной до основания — сгоревшие крыши провалились, стены покрывала застарелая копоть, дымоходы накренились, грозя рухнуть. Хотя поселок давно обезлюдел, кто-то же разжег костер. Вне всякого сомнения, это был сигнал для моряков, но кто его оставил и зачем? Поводив зрительной трубой, Тайрус не обнаружил ответа.
Поразмыслив, он решил, что не следует отправляться дальше без разведки побережья. Вот уже четыре дня принц и его команда обыскивали береговую линию, стараясь найти хоть какой-нибудь след Веннара и его армии д’варфов. Каждое утро Тайрус отсылал воронов, и каждый вечер они возвращались обратно на корабль с теми же самыми письмами, привязанными к лапам. Непрочитанными, нетронутыми.
— Добрая Матушка, куда же они запропастились? — пробормотал принц, продолжая разглядывать берег.
