Ее взгляд сместился на его лицо, но казалось, что глаза смотрят сквозь него и ничего не видят.
— Хан?
— Точно. — Хан посмотрел на Лэндо и вручил ему Бена, затем обнял Лею и прижал к себе. Просто прижал к себе.
— Я рядом, принцесса. Я всегда буду рядом.
Они посыпались как снег — сначала из гиперпространства вылетело несколько пятнышек, затем на кометный кластер ОбоРин дождем обрушились корабли, и вскоре на тактическом дисплее Люка бушевала метель из векторных линий и призрачных символов.
— Внешние сенсоры подтверждают прибытие вражеских кораблей. — Даже по сети голос СигКора[13] звучал нервно. — Ждите сообщение от адмирала Совва.
В динамиках раздался гнусавый голос адмирала, бубнившего монотонной салластанской скороговоркой обращение к половине космофлота Новой Республики. Люк тут же отвлекся. Все еще переживая смерть Энакина, он не мог не прокручивать в уме ту сцену совета, думая о правильности своего решения послать племянника в опаснейшую миссию. Переоценил ли он возможности ударной группы… или недооценил возможности йуужань-вонгов?
По частному каналу послышался голос Мары:
— Люк, прекрати себя терзать. Нельзя идти в бой с таким грузом.
— Я знаю, Мара. — Временами, вот как сейчас, Люку очень хотелось, чтобы жена не читала его чуства, как открытую книгу. — Но это нелегко. Я все время думаю о том, что я отправил их на смерть.
— Нет, не так, — сказала Мара. — Разве Лея тебя обвиняет?
— Лея сейчас не способна никого обвинять, — отвечал Люк. Он чувствовал гнев сестры на фоне своего собственного — немую, почти ощутимую физически боль, похожую на ту, что испытал он сам, когда Дарт Вейдер отсек ему руку. Она была в шоке и пыталась осознать тот факт, что часть ее исчезла навеки. — Но ты слышала Хана.
— Он тревожился за Лею.
— Так он сказал, — ответил Люк.
На этот раз Мара ничего не возразила. Люк чувствовал, как ей страшно оставлять Бена с Ханом и Леей, которые сами подавлены горем, но он понимал, что предлагать ей возвращаться на Корускант бессмысленно. Она уже раз сказала, что не улетит после боя, и даже Люку Скайуокеру — и особенно Люку Скайуокеру — следовало понимать: если Мара чего надумала, то так оно и будет.
Спустя несколько секунд Мара сказала:
— Люк, было бы неправильно отказывать Энакину в попытке спасти всех джедаев, и Хан с Леей тоже это знают. Вспомни то собрание в «кратере». Они сами сказали тебе, чтобы ты его отпустил.
Зная, что Мара почувствует его согласный кивок, даже не видя его, Люк промолчал и сосредоточился на дыхании, используя джедайскую технику релаксации, чтобы сфокусировать свои мысли. На самом деле у него были дурные предчувствия относительно назревавшей битвы, и эти предчувствия никак не были связаны со смертью Энакина. То, что было запланировано, обернется смертью многих пилотов. Возможно, очень многих.
Внимание Люка снова привлек адмирал Совв, благодаривший его и лично и «разведывательный аппарат» джедаев за предоставленные Оборонительному флоту сведения о времени и месте прибытия противника. Мара и прочие рыцари-джедаи захихикали: «аппаратом» на самом деле было растущее среди наиболее сильных мастеров ощущение опасности, исходившей от кометного скопления ОбоРин. Так как йуужань-вонги не существовали в Силе, джедаи терялись в догадках и не спешили реагировать — пока не узнали от Тэлона Каррда, что примерно в то же время с Борлейас отчалил громадный ударный флот йуужань-вонгов. Адмирал Совв, искавший политический повод для того, чтобы сосредоточить силы вокруг Корусканта, объявил это ощущение «заслуживающими доверия донесениями от разведчиков-джедаев» и не преминул отозвать к столице несколько флотов. Ведж в приватном порядке рассказал Люку, что на самом деле адмирал всерьез не ожидал появления йуужань-вонгов, а ловушку расставил для виду.
Когда цели наконец перестали появляться из гиперпространства, заполняя тактический дисплей, Совв сказал:
— Настал наш час, друзья мои. Пожалуйста, переключитесь на спецканал, и да пребудет с вами Сила.
Люк открыл канал, выделенный подразделениям «Затмения».
— Все вы знаете, что мы пытаемся совершить и зачем. Держите строй и выполняйте приказы командиров. Мы выиграем эту битву…
— А битва решит исход войны, — отозвалось несколько голосов.
— Мы знаем, мазтер Скайуокер, — сказала Саба Себатайн. — Вы это говорили уже семь раз.
Оба крыла «Затмения» нервно захихикали.
Люк хотел разрядить ситуацию остроумным ответом, но юморная доля его мозга была слишком затуманена горем.
— Уж извините, просто хотел подстраховаться. Контроль?
— Ожидайте идентификации цели, — сказал Корран. — Шипучка, двигай вперед и высунь нос наружу. Остальным оставаться на месте.
