Книга предназначена для читателя любого возраста. Она является авторизованным продолжением романа И. Ефремова «На краю Ойкумены», посвященного приключениям жителей Древнего мира в дебрях Африки. В данной книге описывается путешествие их соратников по рабству в Азию на пути к свободе.
Сергей Миронович Шлахтер
Звезда, зовущая вдали
Сергей Миронович Шлахтер
Звезда, зовущая вдали
Выражаю признательность известному писателю-фантасту Ивану Антоновичу Ефремову, автору романов «Лезвие бритвы», «Час быка», «Таис Афинская», подавшему мне идею написания литературного произведения.
Светлой памяти моих родителей, ценителей творчества И. Ефремова, посвящаю
ПРЕДИСЛОВИЕ
Думаю, что многие читатели 50-х – 60-х годов сохранили в памяти замечательный роман И. Ефремова «На краю Ойкумены». Знаменитый фантаст связал реальное плавание древних египтян по Красному морю и Индийскому океану в сказочно богатую экваториальную страну Пунт (на месте современной Кении) с вымышленными героями – бывшими египетскими рабами из Ливии, Эллады, Центральной Африки, Передней Азии. Захваченные в плен и пригнанные в Древний Египет (Черную Землю, или Та-Кемт у Ефремова), они безуспешно пытались вырваться на свободу путем бунта. Перебив стражу тюрьмы, они бежали через пустыню Сахару в сторону Средиземного моря. Однако в пустыне их настиг ураган-самум, и обессилевшие от голода и жажды беглецы были захвачены погоней. Им грозило суровое наказание, но владыка Юга (Верхнего Египта)[1] Там Гато уже стоял на ногах, мать висела у него на шее. Опомнившийся отец же боролся между несказанной радостью и глубокой обидой на строптивца и сжимал воротник сыновнего плаща. Нефире остановилась рядом, сотрясаемая мелкой дрожью, мальчик заплакал, блудный сын протянул свободную от матери руку, и теперь уже все пятеро слились в один шумный клубок.
Кумик потянул сирийца за рукав, тот поставил подарки на дорожку, и оба тихонько вышли за калитку, чувствуя себя уже лишними. Между тем со стороны переулка приближались быстрым шагом несколько мужчин, заглядывая во все ворота и что-то крича. Видимо, дядя Оло недолго хранил секрет. Уже в переулке слышались женские возгласы, из калиток и ворот выскакивали соседи. Никто не обратил внимания на двоих чужеземцев. А дальше, на улице, мимо друзей, чуть не сбив обоих, пробежал хромающий дюжий молодец. Кумик проводил его озабоченным взглядом: кажется, вернулся давний противник Гато, и тому предстоит серьезный кулачный бой.
Друзьям было невесело, а ведь теперь они впервые твердо знали, что хотя бы один из вырвавшихся из рабства упрямцев благополучно достиг дома, живым и здоровым; он теперь пойдет по жизни своим, отдельным путем. А остальным еще предстоит дальний путь, и кто знает, всем ли суждено вернуться. Не хотелось оставаться на чужом празднике, обоих тянуло скорее вернуться на базарную площадь, где сейчас находились восемнадцать верных товарищей.
А в дворике Хотура творилось нечто невообразимое, толпились знакомые и просто любопытные, все шумели, поздравляли родных, многие обнимали Гато. А он, в свою очередь, кланялся, благодарил за сочувствие, приглашал всех прийти завтра вечером, а сегодня позволить побыть в кругу семьи, посетить храм, принести искупительные и благодарственные молитвы. Все поддакивали, но никто не уходил. А тут еще подскочил Рифат, сбросил хитон и дал виновнику торжества здорового тумака, вызывая на кулачный бой. Все расступились, никто не пытался остановить соперников. Но Гато в плену изучил несколько приемов рукопашного боя, незнакомых противнику. Рифат выбросил вперед здоровый кулак, а противник легко увернулся, захватил одной рукой запястье, а другой – плечо соперника, повернулся на месте и поддал боком. Тело Рифата кувыркнулось в воздухе, упало на дорожку, и вот уже Гато сидел верхом, выкручивая до предела руку взвывшего от боли соперника.
– Счастье твое, что у тебя есть семья! – воскликнул победитель. – Иначе ты сейчас хромал бы не только на ногу, но и на руку.
Все расхохотались, а друзья-соперники встали, крепко обнялись. Гато вновь поклонился зрителям и попросил пока уйти, в шутку пригрозив, что повторит бойцовский прием на каждом, кто задержится. Все поняли намек, и ушли с пожеланиями счастья семье. Ушел и молодой молотобоец, подручный отца. Только заперев калитку, Гато увидел оставленные на дорожке узлы и вспомнил о товарищах по походам.
– Где двое, что пришли со мной?
Все недоуменно оглядывались, пожимали плечами. Отец беззаботно махнул рукой, мол, купец еще придет требовать платы за проезд, не переживай. Тут уже Гато горестно махнул рукой – какой там «купец». В нескольких словах сын объяснил отцу, кем были эти двое. Хотур посерьезнел, подтвердил необходимость разыскать и отблагодарить верных товарищей.
– Но сейчас тебе нужно помыться после дороги, пообедать в кругу семьи (это вино как раз кстати!), потом пойти в храм, помолиться и пожертвовать денег на его украшение, а уж потом думать обо всем остальном. И так сегодняшний рабочий день пропадает, будет убыток.
Женщины побежали готовить баню и обед, а путешественник отозвал отца в сторону и сообщил ему о полученных немалых деньгах. Их нужно хорошенько спрятать, никому, даже женам, о них не рассказывать и обдумать лучшее применение.
