— Ничего другого мне не остаётся, — ответил я. — Тайна, о которой знают больше двух человек, уже по определению перестаёт быть тайной, и я просто вынужден выйти из подполья… — Я на секунду умолк. — То же самое относится и ко всей космической цивилизации. Боюсь, теперь нам не удастся долго скрывать её существование. Это одна из причин, почему я не рассказывал о своём открытии даже тем, кому всецело доверяю. Но с появлением… с обнаружением следов Александра обстоятельства изменились.
— Они изменились гораздо раньше, — заметил Джо. — Реальная угроза утечки информации существует уже несколько лет, хотя я узнал об этом совсем недавно. Как раз перед твоим приходом мы обсуждали исчезновение дюжины, а точнее, одиннадцати отверженных.
В груди у меня похолодело.
— Подозреваешь, что их завербовал Александр?
— Да. Полтора месяца назад я провёл расследование и установил, что по крайней мере пятерых перед их исчезновением навещал человек, похожий по описаниям на Александра.
— Хорошенькое дельце! — пробормотал я.
Отверженные колдуны и ведьмы, осуждённые за те или иные преступления к пожизненному изгнанию, в большинстве случаев не терялись из вида. Обычно они подбирали себе мир вне юрисдикции Домов и селились там, не скрывая своего местонахождения, — кто в надежде на помилование, кто без оной, лишь бы иметь возможность хоть изредка встречаться с бывшими соотечественниками, пусть даже с жаждущими отмщения врагами.
— Все пятеро, — после короткой паузы продолжал Джо, — отпетые головорезы, а двое из них явные психопаты.
— Я их знаю?
— Вряд ли. Они были изгнаны из Света задолго до твоего рождения, ещё при жизни нашего деда Утера.
— Из Света?! — поражённо воскликнул я. — Они все из Света?
Джо утвердительно кивнул:
— И не только эти пятеро, но и все одиннадцать подозреваемых. Можно не сомневаться, длительное изгнание сделало их ярыми светоненавистниками.
— Очаровательно! — сказал я, хотя в этом не было ничего очаровательного. — Значит, они где-то здесь?
Джо неопределённо пожал плечами:
— Кто знает. Пока что я не обнаружил никаких следов их деятельности.
— Возможно, Александр держит своих сообщников в резерве, — предположил Колин. — И не спешит открывать им карты.
— Возможно, — произнёс Джо, впрочем, без особой убеждённости. Гипотеза Колина была слишком оптимистична, чтобы соответствовать действительности.
В этот момент со мной связалась Дейдра:
«Кеви».
«Да?»
«Хочу тебя предупредить. Только что заявился твой друг Рик. Он якобы зашёл сообщить, что скоро начнётся ужин, но на самом деле хочет поболтать со мной. Или с Дженнифер — вот уж не пойму, на кого он глаз положил».
«Насколько я его знаю, на вас обеих, — ответил я. — Спасибо за предупреждение».
— Что случилось, Кевин? — спросила Бренда, как всегда, очень чуткая к мысленным контактам.
— Ничего страшного, — ответил я. — Просто к нам пожаловал гость. Полагаю, он будет озадачен, если застанет вас в моём кабинете. Вот почему вам нужна легализация — и ни где-нибудь, а на Астурии.
— Хорошо, — кивнул Колин. — Мы подумаем над твоим предложением. А сейчас, как я понимаю, мы с Брендой должны исчезнуть?
— Думаю, да. Ступайте осмотрите мир и, прежде всего, Землю. Вы будете приятно поражены. А позже мы вместе решим, что с вами делать.
— Встретимся ночью?
Боюсь, что я покраснел.
— Ну… Лучше завтра. Ночью нормальные люди спят.
Колин ухмыльнулся:
— Ладно. Потерпим до завтра, благо нам есть что посмотреть.
— Кстати, Кевин, — отозвалась тётушка. — Имея такого богатого племянника, мне бы не хотелось заниматься воровством. Если у тебя найдётся немного земной валюты…
— Этого добра у меня навалом, — ответил я и достал из бумажника две золотые кредитки Пангалактического банка. — Вот карточки на предъявителя. Ежедневно вы можете получать по каждой из них до трёхсот тысяч европейских марок и столько же американских долларов.
— Этого хватит на классную машину?
Джо тихо фыркнул, а я с улыбкой кивнул:
— Вполне. И на машину считающую, и на машину ездящую, и на машину летающую. А ещё останется достаточно денег, чтобы снять королевский люкс в «Метрополитен-отель».
Бренда встала на цыпочки и чмокнула меня в щеку.
— Ты такой щедрый, племянничек! — Всерьёз она сказала или нет, я так и не понял.
Когда Колин и Бренда, попрощавшись, исчезли, я посмотрел на Джо и внушительно произнёс:
— Может, теперь поговорим начистоту?
Он моргнул:
— О чём ты?
— Брось строить из себя невинность! — отмахнулся я. — Возможно, я тугодум, но точно не дурак. Когда ты объяснил свой наезд на меня нежеланием заявляться ко мне с пустыми руками, я принял твои слова за чистую монету. Но теперь понял, что это была попытка шантажа.
Джо обречённо вздохнул:
— Я бы не назвал это шантажом. Просто я хотел оказать тебе услугу, чтобы потом попросить об ответной.
— Ты мог бы
Он снова вздохнул:
— Тебе легко сказать: «по-родственному». Ведь ты не изгой, как я… Впрочем, именно поэтому я хотел обратиться к тебе…
— Так давай же.
