– Сурово, но в этом есть и своя железная логика. Сколько актов агрессии против себя пережила Россия только с начала этого века? Причем, пусть это и неприятно будет вам услышать, дважды и от Соединенных Штатов – в годы своей Гражданской войны и уже в 1950-м. Или даже трижды, если вспомнить весну уже этого года. А уж сколько вторжений было на Русскую равнину за последнюю тысячу лет… Когда на порог твоего дома раз за разом приходят смертельные враги, то вполне понимаю желание получить оружие калибром побольше.
– И вас совсем не страшит, что имея в своих руках такую мощь, они в итоге захватят сперва всю Европу, потом Азию, наконец-то доберутся до нас?
– Вы знаете, нет, – ответил Эйнштейн. – Историей доказано, что русские по своей природе не агрессоры. Наоборот, это на них так часто нападали. А уж после того, что сделал с их народом Гитлер и что хотел сделать уже ваш Макартур – они вполне могли решить, что для них же будет лучше постоянно жить в режиме осажденной крепости, за железным занавесом и ощетинившись самым смертоносным оружием.
– Хорошо, но давайте вернемся к нашей теме – тогда, в начале пятидесятых, даже в Вашингтоне очень многие не могли поверить, что русские способны на такие выдающиеся достижения в области атома иначе, чем украв чужой результат. И всерьез обсуждалась идея устроить показательный суд и казнь, предъявить публике «парочку пойманных русских шпионов», понимаете, о ком речь, да? Но в итоге сочли, что издержки перевесят прибыль, тем более что поступила и более точная информация по русскому Атомному Проекту. Но ничего не забылось, и ваши поступки тоже – так что делайте выводы!
– Я уже старый человек и готов к встрече с Всевышним, если он существует. К старикам смерть приходит как освобождение, и я очень остро чувствую это именно сейчас, особенно после того, как уже побывал на грани, весной этого года, а потому смотрю на смерть как на долг, который в конце концов надлежит уплатить. Смерть вызывает у меня даже некоторое научное любопытство – узнать, продолжит ли мое сознание (или душа) существовать и после гибели физического тела, в той или иной форме, или нет. Хотелось бы первого – поскольку тогда я снова буду с Эльзой, она ждет меня там уже шестнадцать лет… если к этому «там» вообще применимы наши понятия о времени. А потому пугать меня бесполезно, даже если завтра меня обвинят, приговорят и отправят на костер – простите, на электрический стул. Единственно, о чем я сожалею, что Америка оказалась не такой, какой я ее себе представлял, когда еще жил в Европе. Страна суровых первопроходцев, честных и открытых, оказалась страной бессовестных деляг, так же мечтающих захватить мир, как все европейские монархи и диктаторы, что в минувшие века, что в нынешний век.
– Однако же, черт побери, я не хочу, чтобы завтра сюда пришли коммунисты и навели тут свои порядки, загнав всех в колхоз, ну а несогласных – в ГУЛаг! Не вы ли когда-то во всеуслышанье называли Сталина «политическим гангстером»? И Соединенные Штаты Америки, может быть, и не рай на земле, но кто вам ближе по духу, вольнолюбивый американский фермер или советский колхозный раб, у которого прав не больше, чем было у нашего негра в худшие времена дяди Тома?
– Кстати о неграх. Мой добрый друг, Отто Натан, – как-то ему случилось побывать в ваших южных штатах, еще до Войны. Там он видел чернокожих людей, с которыми белые американцы обращались едва ли не хуже, чем с животными. И это делали те, кто называл себя представителями высшей расы. Высшей расы, заметьте! А сейчас я и сам успел узнать эту страну – и потому совершенно не верю в возможность здесь социалистической, а уж тем более коммунистической революции. Зато, к своему ужасу, вижу ростки совершенно иного. Сейчас трудно поверить, что еще в начале этого века Германия была свободной страной, куда со всей Европы, и из России в том числе, ехали евреи, считая, что «тут к нам относятся, как к людям» – до того, как появился Гитлер со своими коричневыми бандами. Теперь я наблюдаю даже здесь, в Принстоне, болтающиеся по улицам компании агрессивных и вооруженных молодчиков с белыми крестами на одежде – мне одному кажется их сходство с теми, кто после стали СС? «Минитмены», «Воины Христа», «Американский Легион», кто там еще? И все с одним и тем же лозунгом: «убей коммуниста – спаси его душу; линчуй ниггера – дабы знал он место свое; бей славян и…» Нет, до моей национальности пока не дошло, но я хорошо помню, что в Европе за все века ни один погром без этого не обходился, с кого бы ни начинали, всегда после добавлялось «…и жидов». А если завтра и здесь появится новый фюрер – куда мне бежать, на остров Таити?
– Энтузиасты, кому тоже очень не хочется под коммунистическое иго. Но вам не стоит беспокоиться – зная взгляды тех, кто решает, могу вас уверить, что «Фюрера США» не предвидится. Никто не разрешит появиться на доске еще одной сильной фигуре. Так что эти борцы с коммунизмом останутся сугубо местечковым, но не общенациональным явлением.
