Голифианин имел Деревянный Ранг, другими словами мусорный, ничего серьёзного, для Бронзового Восходящего. Устрашающе прокричав боевой клич, я стал размахивать клинком, было видно невооружённым взглядом, что здоровяк опешил, растерялся, от моего неиссякаемого напора, он и делал, что только отступал, пока не споткнулся о труп сородича. Подлетев к нему, я сполна насытил свой клинок кровью. Потом, словно варвар вкусил прямо с лезвия багровую жизнь отщепенца, а когда показались трофеи, забрал их себе. Из Рун у голифианина ничего серьёзного не было. Деревяшки особой ценности, для меня не представляли. А вот Звездная Кровь, мне была как-никогда нужна. Мой запас мгновенно пополнился 67 каплями и теперь составлял 210. Только я обернулся, чтобы продолжить схватку с Камалом, как меня остановил Юпитер и задал прямой вопрос:
— С тобой всё в порядке?
— Да, — согласно кивнув, исподлобья посмотрел на командира. — Мне нужно поквитаться с тем фиолетовым гадом.
— Понял. Больше вопросов не имею.
Ответив с некой иронией, Юпитер телепортировался в трёх метрах от Камала и залепил в него огненный таран. Червепоклонник тут же отлетел. Подойдя к Восходящему в капюшоне, командир скрепил с ним крепким приветственным рукопожатием, словно они давние друзья. После чего, защитники Единства бросились в атаку. Во мне тоже колыхнулась отвага, пелена мести прошла. Камал — предатель, но я Восходящий. Моя задача — защищать Единство. Я тоже подключился к схватке. Тем более этот Изгой задолжал мне: мои Руны и доспехи. Крутанув клинком, поспешил напоить своё оружие кровью ублюдка.
Вокруг творился дикий хаос: повсюду раздавались окрики, оры, истошные вопли раненных, треск, взрывы, выстрелы, лязг холодного оружия. То и дело приходилось уворачиваться от боевых топоров, шипастых дубинок и копий Изгоев. Вокруг было кровавое месиво. Элементаль ещё добавлял багровых красок, резво размахивал своими огромными руками под чьей тяжестью, только и хрустели кости отщепенцев, которые пытались его остановить.
Истинных друзей я встречал редко таких как Юпитер. Во фригольде Прайд много приспособленцев. Если вдруг с тобой случается конфликт с Риксом, то автоматически получаешь чёрную метку. И ты остаёшься с проблемой один на один. Но, лишь сильным дано пройти путь Восходящего. Со мной не раз случалось, когда те, кому я помогал, подставляли подножку, однако вера в порядочных колонистов не покидает меня. В одних ребятах я уверен точно: это Юпитер, Иккар, Лина, Хоп и Боб. Они проверены трудными временами и всегда были рядом, поддерживали меня. Больше всего не переношу двуличных, которые улыбаются в лицо, а за спиной строят козни. Это трусы, которые боятся прямо высказать своё мнение, действуют исподтишка. Чем они лучше Изгоев? Ничем, нет чести, и гнилые изнутри.
К Камалу тем временем подоспели помощники — трое голифиан. Один из них был Бронзового Ранга, двое других — Деревянного. Я вступил в бой с двумя мусорными Изгоями. Шипастые дубинки, казалось хотели расколоть мне черепушку, но эти отщепенцы оказались слабее и медлительнее меня. Сделав уклон, я снизу вспорол одному из них живот клинком, внутренности тут же вывалились наружу. Второму отрубил голову. Из раны хлынули багровые струи, и тело упало плашмя. Первый пытался запихнуть обратно кишки, но они не помещались. Подлетев, я вонзил остриё прямо в горло и резким движением дёрнул за рукоять, высвободив оружие.
Когда действие Руны Ослабление иссякло, в этот момент в бой вступил Элементаль, Он поднял обе руки над головой и с рёвом обрушил свои кулачища на Камала, но конечности вдруг разлетелись об энергетический щит, словно стеклянные, обрушившись на червепоклонника градом осколков. Эпичность зашкаливала просто. Фиолетовый вовремя успел подстраховаться — использовал ударную волну. Так что камни некоснувшись Изгоя, разлетелись в разные стороны.
Обернувшись на воинствующий клич, я увидел бежавших в нашу сторону пятерых Изгоев. Пока Юпитер и фригольдер в капюшоне занимались Камалом и отщепенцем Бронзового Ранга, я направил Элементаля тараном прямо на приближающихся голифиан. Безрукий каменный истукан тяжёлыми шагами направился вперёд.
Внутри меня аж вздрогнуло, когда я мельком увидел Инмнага. Здоровяк лихо рубил Изгоев своим боевым топором словно дрова — только щепки и летели, то есть штабелями ложились ублюдки. А он прямо шёл по трупам, постоянно устрашающе крича, используя боевые Руны. Восходящий же ловко уходил от ударов, как прирождённый воин; на его лице виднелась боевая раскраска — несколько багровых полос на щеках. Раскалённое лезвие светилось небесно-голубыми глифами.
Разбежавшись, я плечом ударил в грудь Изгою, который находился по правую руку от Камала, отбросив его на несколько метров вперёд. Голифианин упав, резко вскочил, встав в боевую стойку.
