Танина волновалась за него больше всех, то, что это волнение, она пока не знала, как и не догадывалась, что у нее зародилось чувство под названием любовь. Но Цеверна, изощренная в интригах, прошедшая школу придворной жизни, давно подозревала нечто подобное, а теперь полностью удостоверилась в своих подозрениях. Ей-то такая ситуация была только на руку, Танина молода, красива, неопытна, а рядом император – страстный ловелас, она об этом знала, но вида никогда не подавала. Теперь нужно помочь этим двоим наладить личную жизнь, и у императора не будет шанса добиться взаимности от Танины. А то, что он будет пытаться это сделать, она не сомневалась и принялась за дело незамедлительно.
– Николас, нельзя так сразу лететь, отдохни, побудь с нами, а завтра, или послезавтра полетишь, – Дениус с подозрением посмотрел на жену, он ее знал и не сомневался в том, что она затевает какую-то игру, но какую?
– Пожалуй, я так и сделаю, начинается новый этап жизни, надо к нему подготовиться.
«Еще какой новый, ты даже не подозреваешь!» – подумала Цеверна, а вслух сказала.
– Танина, пойдем, посекретничаем, а наши мужчины пока займутся делами.
Танина взглянула на Николаса, как бы спрашивая разрешения, тот кивнул в знак согласия.
Дамы ушли к Цеверне в апартаменты, где она приступила к делу. Показывала всякие безделушки, делилась личной жизнью с Таниной, в том числе и интимной ее стороной. Восторгалась этими отношениями, рассказывала о том какая у них любовь с императором и что это за чувство.
– Почему вы мне это рассказываете Цеверна, ведь это очень личное?
– Потому, что девушкой ты стала недавно, а кто кроме меня тебя просветит, как прекрасно быть ею – некому. И с другой стороны, мы же подруги.
– А что такое подруги?
Беседа затянулась надолго, Танину интересовало все, и она решилась рассказать, что с ней происходит, когда она видит Николаса.
Цеверна слушала внимательно, не перебивала, не задавала вопросов, чтобы не спугнуть ненароком порыв откровенности Танины.
– Да, тяжелый случай, – наконец проговорила она, – я подозреваю, что у тебя появилось чувство к Николасу.
– Это плохо?
– Нет, это очень хорошо! Самое сложное впереди, нужно сделать так, чтобы он узнал о твоем чувстве?
– Я не смогу ему ничего сказать.
– А тебе и не надо, он сам тебе все скажет?
– А он что, тоже в меня влюблен?
– Мужчина всегда влюбляется, когда, мы, женщины, этого захотим!
И Цеверна серьезно принялась за внешний вид Танины: прическа, макияж, маникюр, платья туфли, речь, манеры. После всех эти процедур, Танина взглянула на себя в зеркало и не узнала.
– Кто это?
– Это ты!
Она пораженно молчала.
– Ну что скажешь?
– Невероятно! Неужели это я?
– А теперь, мы приготовим ужин, пригласим наших мужчин и устроим королевский вечер.
– Но я не умею танцевать?!
– Ничего это поправимо, я тебя научу, это не сложно.
Мужчины получили приглашение прибыть, как она выразилась, на бал.
– Вот ведь…Теперь придется одеваться соответствующим образом, пойдем посмотрим, что там у нас есть, – чуть не выругался Дениус и направился в покои.
Николас в балах и вовсе ни смысла, ни понимания не находил, потому что никогда на них не был. А вот император в этом деле толк знал, это место, где он мог себе позволить многое, почти все. Теперь все изменилось, придворных не было, рядом одна только императрица, правда есть и другая женщина, виды император на нее имел, но как начать соблазнение, не знал. Пытался несколько раз, безуспешно, Танина просто не понимала его намеков, а прямо ее тащить в кровать он не мог.
А Тутсик вместе с Умником и командой работали не покладая рук. Сумели произвести пространственную ориентацию звездолета, и несколькими импульсами оставшихся сопел маршевых двигателей вывели звездолет на курс, который по дуге должен был через год вывести к родной звездной системе. Следующей импульс маршевыми двигателями нужно будет провести через полгода. К тому времени они рассчитывали починить силовую установку.
Команда работала, не задавая вопросов, авторитет Тутсика для каждого Боймена давно стал непререкаем. Каждый понимал: они попали в серьезную переделку.
«И зачем меня понесло в космос, сидел бы в своей обсерватории и смотрел бы на звезды с безопасного расстояния. А тут вблизи эта красота, которая манила издалека, была страшной и грозила уничтожить их. Сделанного не вернешь, – вздохнул он, – Умнику-то что? Он останется жить! А впрочем, он кто? Железяка, не живой, что толку в таком существовании. Еще вопрос, как он развил нашу цивилизацию? Вроде бы все хорошо, но подозрения остаются. Он представитель другой цивилизации. Высокие технологии, – тоскливо думал он, – жили мы без этих усовершенствований, ничего не знали, и было хорошо, спокойно. А теперь какой покой – живем как на войне»
Заработала связь, докладывала ремонтная группа, которая подготовила новые сопла для двигателя, теперь их необходимо установить. Для этого нужно отстрелить старые. Тутсик связался с Умником, обрисовал техническую проблему.
