Шагая по просторному коридору Имперского дворца, Рада размышляла над прошедшими событиями. Флот выиграл сражение с повстанцами, и сейчас ее представят к награде. Родители гордились бы ей, будь они живы. На Раде была новая парадная военная униформа. Но даже строгость одежды не могла скрыть фигуры женщины: очертания округлой груди и бедер, выдавали в ней, прежде всего женщину, а уже потом капитана корабля. И сейчас мысли ее возвращали к той схватке, где ее победа для нее самой послужила и поражением. Где сейчас ее возлюбленный? Сможет ли она увидеть его снова? Рада знала, что один из кораблей повстанцев уцелел. На докладе она заявила, что повстанческое движение сломлено, но тот факт, что один из кораблей уцелел, замолчала. И сейчас втайне от руководства, Рада надеялась, что Мигель был именно на этом корабле. Рада открыла двери в парадный зал Имперского дворца. Когда она впервые попала в это место, была ослеплена его величием. Просторный зал окружали по периметру колонны, сводчатый потолок отделан лепниной и фресками, на стенах гобелены со сценами выигранных флотом сражений. Да, Империя, в которой Рада выросла, всегда отличалась величием. Сама система, казалась нерушимой. И когда повстанцы впервые заявили о себе, Имперский Совет пребывал в шоке: настолько уверенны были власти Империи в своей непоколебимости. Рада не раз задавалась вопросом: что же кроется за высокомерием и уверенностью Имперских властей? Кто на самом деле эти люди? Как им удавалось на протяжении многих десятилетий держать в стране и мире баланс? И почему повстанцев уничтожают, вместо того, чтобы придти к согласию? Рада помнила разговоры с Мигелем, его рассуждения: в них тоже было много истины. И она знала, что с повстанцами можно договориться, выслушав и хотя бы частично приняв их условия. Как и любой военнослужащий, Рада была горда своими наградами, но чем дольше продолжалась эта война, тем меньше они ее радовали. Интуитивно она понимала, что повстанцы не отступят от своих целей. При этом Рада отдавала себе отчет, что Империя, в случае возвращения повстанческого движения продолжит войну. Рада вошла в колонный зал, на мгновение остановилась, оценивая обстановку, и сориентировавшись, направилась в ту часть зала, где поодаль стояла ее команда.
– Здравствуйте капитан,– штурман Борк протянул ей свою большую мускулистую мужскую руку. Рада уже привыкла, что в ней видят, прежде всего, капитана Имперского флота, а уже потом женщину.
– Здравствуйте, Борк, похоже, мы прибыли вовремя, – Рада позволила себе немного расслабиться и улыбнулась. Осматривая членов своей команды, Рада в очередной раз убедилась, что ей повезло. И если в Имперской системе и были сбои, то на свою команду она могла положиться, равно как и они на нее. Церемония начнется с минуты на минуту и мне хотелось от себя лично выразить всем вам благодарность за проделанную работу. Считаю для себя большой удачей служить с вами плечом к плечу, знаю, что вы меня не подведете ни при каких обстоятельствах.
– Мы тоже рады служить с вами, капитан,– Борк ответил за всех коротко и ясно. Как и любой большой военный, штурман не любил длинных витиеватых фраз, и это обстоятельство значительно упрощало ей работу.
В это время на трибуну поднялся главнокомандующий Имперских войск, и зал стих. Статная фигура генерала вкупе с блестящим до лоска мундиром вызывала в Раде восхищение. Раньше. Сейчас же она поймала себя на мысли, что генерал похож на выщеголенного попугая. То, что раньше поднимало в ней боевой дух, в последнее время стало раздражать. Генерал начал церемонию, как всегда поблагодарив весь военный состав, принимавший участие в битве. Стандартные фразы для стандартной церемонии. Почему же раньше Рада воспринимала их с упоением и тайной радостью, а сейчас ей хотелось, чтобы все это поскорее закончилось. Тем временем генерал перешел к вручению наград. Рада с отсутствующим взглядом наблюдала за церемониалом, а когда дошла очередь ей получать орден, прошла по ковровой дорожке прямая как струна и с каменным выражением лица. То, что окружающие восприняли как уважение, на самом деле было пренебрежением с ее стороны, хотя и тщательно скрываемым. Вернувшись к своей команде, Рада размышляла, почему так сильно изменилось ее отношение к этой системе ценностей? Почему величие превратилось в фарс? А может это она изменилась? И в подтверждение этих мыслей Рада услышала негромкий голос Борка:
– С Вами все в порядке, капитан?
– Да, Борк, все хорошо, – Рада позволила себе, наконец, расслабиться и улыбнуться пусть и растерянной улыбкой. Всю оставшуюся часть церемонии Рада провела в своих мыслях. Когда мероприятие завершилось, она с облегчением покинула огромный зал, который почему-то стал маленьким и начал на нее давить.
***
