— Только дождевую, — подтвердил Смирнов. — Забыл сказать, там все время идут дожди. Год длится четыреста двенадцать дней, и триста восемьдесят из них льет дождь.
— Понятно. — Я вздохнул, снова всматриваясь в карту.
Агент развернул трехмерное изображение таким образом, что мы виртуально оказались рядом с поверхностью.
Теперь на матрице уходила к далекому горизонту неровная серо-коричневая пустыня, а над ней клубились серо-коричневые тучи. Настоящая планета контрастов!
— Теперь о флоре, — продолжил Смирнов.
— Там есть флора? — удивился я.
— И фауна тоже есть. — Агент стал что-то переключать на терминале. — Самая большая проблема планеты связана как раз с ней.
На матрице высветилось несколько объемных фотографий. Через мгновение Смирнов увеличил одну из них до размеров экрана.
— Здесь показано растение, которое колонисты называют спорник.
— Оно со всеми спорит, наверное? — усмехнулся я и заработал неодобрительный взгляд агента. — Ладно-ладно! Шучу!
— Спорник носит в себе ядовитые споры, — объяснил Смирнов. — Период созревания — два-три месяца. Поэтому, когда спорники дозревают и взрываются, весь материк оказывается окутан облаком спор. К счастью, их довольно быстро сбивает дождем, но, даже несмотря на это, на планете раз в два месяца наступает настоящий ад.
— Да там и так-то не рай, — заметил я. — А что будет, если такая спора на человека попадет?
— При попадании на кожу человека спорник действует так же, как и при попадании в почву. — Смирнов выдержал небольшую паузу. — Растение пускает корни. А если учесть, что развивается корневая система очень быстро и спора эта чаще всего попадает на кожу не одна, то выходит так, что растение прорастает корнями сквозь человека уже через сутки, а то и через два дня попросту высасывает у бедняги плоть и кости. К концу процесса остаются только спутанные корни да могучие стебли, отъевшиеся на человечине.
— А что делают люди в сезон размножения? Там ведь жить невозможно в это время!
— Сезон длится всего три-четыре дня. Потом, как я уже говорил, споры сносит ветром и сбивает дождем, воздух очищается. Но эти несколько дней люди проводят в убежищах или в своих домах. Обязательно включают систему фильтрации на приточной вентиляции. Очень неприятно бывает, когда эти фильтры ломаются.
Я вглядывался в изображение спорника. Продолговатый ствол, напоминающий по форме бутылку, ветки-щупальца, трепещущие на ветру.
Лететь в колонию Джейн мне хотелось все меньше.
— Ты говорил, что самое страшное — это фауна, а не флора. Ошибся? — в надежде спросил я.
— Нет, — покачал головой Смирнов. — Я не ошибаюсь. Я просто еще не дошел до фауны. Давай сначала закончим с флорой.
Я прерывисто выдохнул, когда Смирнов сменил картинку на матрице. Теперь там колыхался какой-то странный столб, состоящий из множества мелких частичек болотно-зеленого цвета.
— Это что еще такое? Это растение вообще?
— Растение, — убедительно сказал Смирнов. — Называется торнадо. Состоит из множества мелких частичек, поглощающих свет, воду и споры спорника. По сути, это колония планктона, только в несколько другом виде.
— А чего она так бешено крутится? Откуда энергия?
— Отдельные частички этого вечного вихря просто намагничены, — стал объяснять агент. — В корнях растения магнитное поле постоянно меняет полярность. Чаще всего оно отталкивает частицы, поэтому взвесь устремляется вверх. Затем, по мере увеличения расстояния, силы слабеют, и частички оседают вниз. Спустя некоторое время корни переориентируются, начинают притягивать частицы, и те, что отдалились чересчур сильно, снова попадают в магнитное поле. Из-за ветра и силы Кориолиса движение происходит по спирали.
— Но ведь растение, по идее, должно приобретать больше энергии, чем тратит на это вечное движение! Иначе зачем ему существовать?
— Колония этого своеобразного планктона питается газом. Точно так же они поглощают и споры, и другой материал, содержащий азот и кислород.
— А что случится с человеком, если он попадет в такое торнадо? — спросил я.
— Если он останется там надолго, то может быть постепенно съеден. А так, в общем, ничего особенного с ним не произойдет.
— Слава богу, — облегченно вздохнул я.
— Отлично. — Смирнов переключил картинку. Теперь на матрице возникло что-то вроде перекати-поля. — Это еще одно растение. Называется роллер. Оно катается по пустыне под действием ветра, порой его заносит в торнадо. Роллер питается частицами торнадо, а споры спорника питаются роллерами. Цепочка замыкается.
— Там всего три представителя в этой пищевой цепочке? — в очередной раз удивился я.
— На планете Джейн очень мало живых организмов. Среда не слишком-то располагает к многообразию. Говорят, в глубинах океана есть разные виды существ, но он все еще практически не исследован. Денег на это всегда не хватает.
— Понятно, — кивнул я. — А что там по поводу животных?