Если сейчас выйти, заметит ли Джоуи?
Он сторожил Эбби Кушман. Прижавшись к заднему окну, Бет видела свет от спиртовки, которой Джоуи грелся. Он серьезно относился к своим обязанностям. Почти не спал. Казалось, ему это было не нужно.
Он сидел, сгорбившись, у слабого огня, как сказочный тролль.
«Если я выйду с другой стороны и обойду дом…» — подумала Бет.
Может получиться.
Она надела старые джинсы и блузку. Сделала три глубоких вдоха и открыла дверь в холодную прерию. Вышла наружу босиком, с распущенными волосами, как деревенская девчонка.
Снаружи оказалось светлее, чем ей хотелось. Только-только вышла луна. И что это за бледное мерцание? Отражение лунного света или сияние земного Артефакта, накапливающего некую странную энергию?
Бет тихо и легко шла сквозь ясную ночь.
Закрывшаяся в своем фургоне Мириам понимала, что́ это за сияние. Оно отпечатывалось на ее веках и под ними, пока она лежала в постели, а ее тело опустошалось.
Теперь Мириам существовала сразу в двух местах: здесь и в Доме. Неоциты работали быстро. Мириам в Доме была не из плоти и крови, она вообще была не вполне материальной. С каждой секундой Мириам все больше становилась той Мириам, а эта, старая и больная, делалась пустой и хрупкой.
Повернув голову к окну, она увидела Дом в призрачном ореоле, призывавший силу, способную оторвать его от Земли.
Призывавший силу, которая унесет его к звездам, добавит человеческую эпистему к растущему запасу знаний галактики.
«Еще чуть-чуть», — подумала Мириам.
Полковник Тайлер обосновался в комнате на первом этаже дома Конноров. Раньше это был кабинет Винса Коннора, здесь хранились договоры, страховые документы и бухгалтерские книги. На длинном кожаном диване можно было растянуться в полный рост.
Полковник Тайлер сидел в любимом кресле Винса, обитом искусственной оливково-зеленой кожей, с высокой откидывающейся спинкой. Час был поздний, но полковнику не спалось. Он не спал уже трое суток — плохой знак.
Он терпеть не мог темноту. В темноте Сисси пряталась, и хотя ее присутствие нервировало его, оставаться одному было еще хуже. Днем все было хорошо. Днем был свет, был горизонт. По ночам его одолевали сомнения.
Сомнения… и безумие.
Полковнику казалось, что его безумие, некогда прочно запертое, теперь выплеснулось в повседневную жизнь. Оно проявлялось во всем: в Сисси, чья настойчивость стала ненормальной, в уродстве мира, в появлении женщины-насекомого и смерти псевдоребенка Уильяма.
А еще в этот день уехал Тим Беланже — самое дурное из всех предзнаменований. Признак того, что разрушительный процесс перекинулся с второстепенной фигуры Тома Киндла на куда более важную — Беланже и вскоре захватит главных: Ганиша, Джакопетти, Джоуи, даже самого Тайлера…
— Полковник Тайлер?
Он удивленно повернул голову.
В дверях стояла Бет Портер. Он не услышал стука.
— Бет? — откашлявшись, произнес он, принимая облик дневного полковника Джона Тайлера.
Она посмотрела на него и на табельный револьвер на подлокотнике кресла:
— С вами все в порядке?
Кто последним задавал ему этот вопрос? А. У. Мердок. В том городке в Джорджии, Лофтусе.
— Само собой.
— Можно войти?
Он кивнул. Она шагнула в тонкий луч света от лампы и закрыла за собой дверь. Тайлер подумал, что она уже не ребенок, но и не взрослая; у нее были повадки подростка, неосознанная подростковая игривость.
— Что привело тебя сюда в столь поздний час?
— Мне стало одиноко, — ответила Бет. — Я решила, что смогу здесь согреться.
Мэтт с Киндлом приблизились к спиртовке, горевшей у трейлера Эбби, ожидая резкого оклика Джоуи. Пламя отбрасывало длинные неровные тени на алюминиевый борт фургона. Внутри царил мрак, дверь была заперта, но Джоуи и след простыл.
— Наверное, устал и пошел спать, — предположил Мэтт. — Или в туалете сидит.
— Джоуи не спит, — помотал головой Киндл, — и ссыт в кустах, когда никто не видит. Странно.
Он постучал в дверь костлявым кулаком.
— Кто там? — раздался изнутри сонный, смиренный голос Эбби.
— Я, — ответил Киндл. — Мы с Мэттом. Есть разговор.
Спустя несколько секунд Эбби появилась на пороге в синей ночной рубашке и заспанными глазами посмотрела на Киндла.
— Эгоистичный сукин сын! — выругалась она. — Ты же уехал!
— Эгоистичный сукин сын вернулся, — ответил Киндл. — Эбби, я и подумать не мог, что он осмелится тебя запереть.
— А где Джоуи? — спросила Эбби.
Тут она обернулась на звук выстрела.
— Стойте! — крикнул Киндл. — Бога ради, стойте!
Он остановил Мэтта и Эбби, бросившихся к дому Конноров. Выстрел раздался там.
— Подумайте. Кто сейчас в доме?
— Тайлер, — ответил Мэтт. — Может, еще кто-то.
— В какой он комнате?
— В боковой.
— Покажи. Но сам держись подальше от дома.
Они обошли дом по часовой стрелке, прячась за трейлерами. В фургонах, один за другим, зажигались огни.
— Вот его окно, — показал Мэтт.
Маленькое окно было закрыто шторой. Они увидели за ним вторую вспышку — второй выстрел, — а через несколько секунд и третий.
Роза Перри Коннор не слышала выстрелов, занятая другим.
