— Верно. Я думал, что все контролирую. Вейберг был человеком Рагнара, он его устранил из-за того, что тот отказался от дальнейшего сотрудничества. Тебе ничего не угрожало… я так думал. Я не знал о твоем преподавателе, иначе я никогда бы не втянул тебя в расследование. Я всего лишь надеялся, что ты узнаешь о планах Грейстона и сумеешь его отговорить. Но все обернулось иначе.
Я откинулась на спинку стула, вздохнув. Вот что получается, когда пытаешься играть людьми. Император, похоже, забыл, что иногда люди действуют глупо, нелогично, поддаваясь эмоциям. И уж точно они не обязаны подчиняться логике одного конкретного человека.
Лично мне Фаран был противен. Взяв на себя материальные последствия уничтожения Ксицани, он взвалил моральные на Грейстона. Очень удобная тактика: сначала положить человека на лопатки, убедив, что он один во всем виноват, а потом с видом галактической добродетели спасти.
Нет, я не собиралась спорить насчет того, что Грейстон принял неправильное решение. Эта его ошибка всегда будет с нами. Но не зря, наверное, судьба отправила навстречу мне тот флаер и толкнула Мари сказать мне под руку о предательстве Рика. Может, мне легче из-за того, что я ничего не помню о том времени? Зато теперь я точно понимаю смысл ночных кошмаров и преследующего меня время от времени запаха дыма — это не фантазии, а вполне реальные отголоски детства.
— Ты не знаешь, кто мои родители? — спросила я отца.
Тот покачал головой и сочувственно на меня взглянул.
— И вряд ли смогу узнать.
Разумеется, иного я и не ждала. Что ж, мне чертовски повезло в этой жизни. Непостижимым образом на моем пути повстречалась Зара Торфилд и спасла мне жизнь, дав еще и имя. Как меня звали раньше? Да какая, собственно, разница! Все сложилось так, и никак иначе, и жаловаться мне не пристало.
— Ладно. — Я отогнала непрошеные мрачные мысли и вновь посмотрела на императора. — Как вы планируете помочь нам?
— Твой отец, — Фаран бросил быстрый взгляд на него, — считает, что Грей сам позволит нам ему помочь.
— Когда смерть близко, милая, к жизни относишься по-другому. Я надеюсь вывести его из состояния тупого равнодушия, предъявив тебя.
— То есть? — не поняла я.
— Он любит тебя, это мы уже выяснили. Но при этом считает, что не достоин и вообще хуже него во всей галактике никого не сыскать, а смертью своей он спасет мир. Довольно пафосное заблуждение, конечно, ну да ладно, у каждого свои слабости. Грейстон с тобой попрощался и убежден, что никогда больше не увидит. И теперь от смерти его отделяют сутки и собственное «я», наедине с которым он остался. Если он снова тебя увидит, когда будет близок к тому, чтобы со всем расстаться, это его расшевелит.
Подумав, отец добавил:
— А если нет, у меня есть парализатор и дом на Земле, на Гавайских островах.
Я угрозу оценила и поняла, что никуда Грейстону не деться. И так тепло стало на душе. Меня любят: отец, готовый ради моего счастья провернуть такое дело, Грейстон, считающий, будто не достоин меня. Любят очень сильно, и это вселяло такую уверенность, что я могла горы свернуть!
— Где и как все произойдет?
— В закрытой частной клинике, в столице, — ответил Фаран. — Мы будем там. А еще — человек Рагнара. Именно поэтому я сейчас ищу такой способ, каким можно разобраться с Фомальгаутом раз и навсегда.
— И как?
— Кое-что есть, но этого недостаточно. Нужно больше информации о Рагнаре, причем это явно не его настоящее имя.
— Производное от «рагнарёк», — хмыкнула я. — Рагнар знаком с культурой Земли и использовал скандинавскую мифологию для псевдонима.
— Мысль интересная, — после минутной паузы сказал отец. — Попробую потянуть за эту ниточку.
Я вдруг вспомнила, что так ничего и не выяснила о своем зрении. Император пил кофе и рассуждениям не мешал, а в моей чашке напиток уже остыл. После плотного завтрака ничего не хотелось.
— Почему я слепая?
Отец отставил в сторону лэптоп.
— Ты знаешь, что такое атавизм? — спросил он.
Я пожала плечами, вспоминая какие-то сведения из биологии.
— Это когда есть третий сосок или хвост?
Фаран совсем не по-императорски поперхнулся кофе. Отец сдержанно улыбнулся.
— Это земные атавизмы. Какие-то особенности, присущие предкам человека, но утраченные вследствие эволюции. Например, волосы по всему телу. В древности они нужны были, чтобы прятаться от холода и ветров, но с появлением жилищ и теплой одежды необходимость в этом отпала.
— Ладно, это я поняла, но при чем здесь мое зрение?
