— Киланги разбегаются, — пояснил служащий, когда я начала вертеть головой. — Приходится заказывать жутко дорогие генераторы силового поля. Они не причиняют вреда, если на них вдруг наткнуться. Любимое развлечение некоторых килангов — биться об поле головой.
Грейстон вполголоса рассказывал мне, что есть что на ферме, но вот главного — обитателей — не касался. И когда я наконец увидела загадочного киланга, не удержалась.
— Это богомол! — воскликнула я.
Киланг действительно напоминал богомола, если они могли быть размером с взрослого человека: с темно-красной пупырчатой шкурой и огромными желтыми глазами навыкате. Киланг таращился на меня, словно это я, а не он, была гипертрофированным насекомым.
— Она не местная, — со вздохом пояснил Грейстон служителю фермы.
И уже мне, тише, добавил:
— Звездочка, залезай на киланга, они добрые и хорошие. Погладь его, убедись, что он безвреден. Он даже не может тебя укусить, у него нет зубов, он питается исключительно жидкой пищей!
— Я не боюсь! Он просто… мерзкий!
Киланг заворчал. Такой звук получается, когда полощут горло.
— Про меня ты тоже говорила много всего.
Он усмехнулся и похлопал киланга по… по какой-то пластине, в общем.
— Мы с тобой, друг, одинаково не нравимся этой чудной земной девушке. Ну что? Пропустим по стаканчику, поскачем на закат, снимем в баре красотку и повеселимся?
Тут уже мы с килангом недоуменно переглянулись.
А Грейстон с хитрым блеском в глазах сказал:
— Давай подытожим. Ты отказываешься ехать со мной в красивую долину, обедать у озера, купаться. Потом лететь в самый большой город на Кларии и в системе Бетельгейзе, гулять, покупать одежду — ту, что понравится тебе, ужинать в ресторанчике на крыше самого высокого здания, ночевать в отеле. И все потому, что транспортное средство напоминает тебе насекомое с твоей планеты, которое не больше микрочипа, так?
— В целом — да, — не могла не согласиться я.
— И?
Я закусила губу. Предложение было более чем заманчивым. Грейстон терпеливо ждал моего ответа, небрежно положив руку на киланга и улыбаясь. Не сдаться было невозможно.
— Если он будет вести себя как богомол, я слезу.
— Слышал? — Грейстон обеспокоенно обратился к килангу. — Дружище, пожалуйста, веди себя как конь с ее планеты, или нам крышка.
Обращаясь ко мне и одновременно подсаживая меня на киланга, совершенно серьезно пояснил:
— Совесть не позволит мне оставить молодую невесту одну в поле. Я еще не до конца тебя изучил. Вдруг это опасно для всей биосферы?
— Смотрю, у тебя хорошее настроение, — проворчала я.
Он уселся позади, взял какие-то специальные поводья одной рукой, а второй чуть прижал меня к своей груди и шепнул:
— Говори мне «ты», пожалуйста, всегда.
Потом киланг прыгнул на добрых два метра вверх и аж на пять вперед, и я завизжала.
Вокруг было поле. Светлая трава колыхалась от теплого легкого ветра, а впереди простиралось огромное озеро, по поверхности которого бегали солнечные зайчики. Грейстон доставал из сумки еду и напитки, я скинула туфли и дышала неповторимым ароматом озерной воды, который был одинаковым и на Земле и на Кларии.
— Сейчас, Звездочка, я закончу готовить для тебя бутерброды и опишу, как выглядит все вокруг. Видишь? Я пытаюсь быть милым. Получается?
Я рассмеялась. Столько надежды было на его лице. Вообще, такой Грейстон мне нравился, он кардинально отличался от того холодного лорда, что сообщил мне о своей необходимости жениться. Смущала только скорость, с которой происходили перемены.
— Ну, если немного. Можно я потрогаю воду, она не опасна?
— Можно. — Грейстон воевал с чем-то, напоминавшим помидор. — Вообще, могла бы и помочь. Ты все-таки женщина, это у вас в крови. А я в последний раз ездил на пикник… дай-ка вспомнить… лет тридцать назад с друзьями, еще когда учился в школе.
— Вау! Ты учился в школе? Я думала, прямо из роддома ты сел в свое кресло.
Мне нравилась эта перепалка. На природе, среди огромного поля, все звучало веселее и непринужденнее, чем в резиденции.
— Когда ты оттаиваешь, ты становишься язвой, — усмехнулся Грейстон и подал мне бокал с вином.
— Не со всеми.
Пить на голодный желудок не стоило. Поездка на киланге, который теперь с радостным богомольим гоготом носился по полю, сожгла много калорий. И я с аппетитом глядела на бутерброды, чувствуя странную легкость. И все? Все, что нужно было, чтобы привыкнуть к нему, это съездить на озеро и перекусить на свежем воздухе?
Грейстон наконец закончил. Он улегся на огромном двуспальном надувном матрасе, который мы с собой взяли, и отпил вина.
— Вообще, — задумчиво произнес он, — если ты мне доверяешь, мы можем поплавать.
— Почему я должна тебе доверять? В глубине прячутся жуткие чудовища, которые боятся только звездного лорда Грейстона? Кстати, о безопасности. Ты — второе лицо в Империи и так просто поехал с девушкой на озеро? Не боишься, что недруги тебя достанут и в этом же озере утопят?
Грейстон перевернулся на бок, рассматривая меня. Потом ухватил с моего бутерброда сыр и съел.
