А затем вдруг все колонны разом исчезли. Трудно было понять - провалились они под землю или растаяли в воздухе. Еще не осел песок, поднятый сапогами, а никого уже не было. Солдаты, маршировавшие под статуей, не успели даже прокричать клич до конца. Будто им заткнули рты.
- Ха-хай! Ха...
Бесконечная равнина опустела. Наступила тишина. Некоторое время в вездеходе царило молчание. Мы переглянулись.
- Идеальное послушание! Приказано исчезнуть - исчезли,- заговорил наконец Федор Стриганов.- Мечта всех диктаторов - образцовые солдаты. Не знают ни страха, ни самой смерти, потому что давно мертвы.
- Капитан, ты действительно что-то понимаешь или делаешь вид? недоверчиво поглядел на Федора планетолог.- Откуда вся эта чертовщина? И зачем?
- Будем надеяться, что нам все растолкуют,- сказал капитан.- А сейчас пора - на Луну!
Мы выскочили из вездехода, добежали до посадочной ракеты и закрылись в ее просторной кабине. Я сел за пульт управления. Ракета, выпустив крылья, пролетела несколько сот километров низко над планетой. В бесконечной пустыне заметили сверху еще одну уцелевшую статую. Около нее длинной цепью тянулись свежие следы, которые не успела замести песчаная поземка. Очевидно, и здесь состоялся парад.
Иван, чувствуя себя в безопасности, поглаживал бороду и благодушествовал.
- Феноменально! Сегодня здесь день всеобщей шагистики.
Когда ракета, взметнув клубы вековой пыли, села на лунный космодром и мы увидели свой звездолет, сразу почувствовали себя как дома.
Чаще, чем прежде, собирались мы теперь в просторной пилотской каюте. Подолгу засиживались, спорили, строили всевозможные предположения. Но капитан предпочитал отмалчиваться.
Бурсов изо всех сил старался нас расшевелить.
- Состоялся день страшного суда,- пародийно ораторствовал он.- В точности по христианскому вероучению. Бесчисленные поколения выкарабкались из могил. Праведники вознеслись на небо и сподобились стать ангелами. Грешников низвергли в ад...
- Кто же тогда она? - поинтересовался Федор.- Та самая... Мимолетное видение, посетившее тебя в каюте.
- Конечно, ангел! - воскликнул Ревелино.- А тип, связавший его сонного, безусловно, дьявол!
Но проводник наш, так похожий на капитана? Кто он и откуда? Мы почему-то избегали касаться этого вопроса. Все же Иван спросил как-то Федора:
- Как ты считаешь, откуда взялся провожатый наш? Довольно ловкая модель...
- Я этого не думаю,- сухо возразил капитан.- Боюсь, что это я сам. Каким образом - не знаю. Придут и скажут.
Так оно и случилось.
Однажды утром, когда в спортивном отсеке мы после купания делали пробежку, засветился экран внутренней связи. Все остановились и с волнением всматривались в размытые очертания пульта управления и кресла перед ним. В пилотской каюте кто-то неумелой рукой наводил изображение на резкость. И вот на нас глянули темные выразительные глаза. Они занимали весь экран. Потом стали удаляться, и мы увидели женское лицо в короне черных волос. Неизвестная гостья низким грудным голосом произнесла:
- Здравствуйте, пришельцы. Не желаете ли побеседовать с обитателями этого мира?
При последних словах ее полные губы изогнулись в какой-то странной усмешке - иронической и печальной. Взглянув на нашу весьма лаконичную одежду (мы были в плавках), она улыбнулась одними глазами и добавила:
- Одевайтесь и приходите в пилотскую каюту.
Мы начали одеваться. Один лишь планетолог неподвижно стоял, уставившись на погасший экран.
- Ты чего остолбенел? - спросил капитан.- Она, что ли? Та самая?
Иван молча кивнул.
В пилотскую вошли гуськом. Впереди капитан, я замыкал шествие.
У пульта управления стояла стройная молодая женщина в темно-синем платье. На нем вспыхивали и угасали искорки, подсвечивая снизу бледное лицо гостьи.
- Еще раз здравствуйте. Прошу садиться.
Ближе всех к пульту расположился капитан. Я очутился в самом дальнем и плохо освещенном углу рядом с Ревелино. Тот сел и сжался в кресле, боясь шелохнуться.
- Давайте знакомиться.- Гостья, усевшись, старательно выговаривала русские слова.- Начнем с меня. В далекой земной жизни у меня было имя. А здесь... Здесь только шифр. Так что зовите меня просто Незнакомкой.
Она помолчала и вдруг, порывисто встав, заговорила быстро и взволнованно:
- О, если бы предки знали, что они творят! Если бы вовремя остановились и не лишили следующие поколения природы, искусства, любви, человечности... Тогда еще было время оглянуться и одуматься... А мы уже были бессильны. Электронный мир выскользнул из наших рук, и мы стали его рабами. А потом... потом слугами Абсолюта. Всесильный Абсолют на краткий миг вызывает нас к жизни. Вы...- Голос ее срывался.- Вот вы пришли. Так освободите нас!.. О, ничего вы не можете. Никто не может...
И вдруг ее не стало. Только что слегка прогибался мягкий, упругий пластик под ее ногами, шелестело, переливаясь искрами, платье. И все исчезло.
Мы переглянулись. А Ревелино выпрямился и облегченно вздохнул...
Незнакомка
- Еще раз прошу тебя, Сергей: ничего не упускай. Каждая деталь, каждая подробность имеют сейчас, как выразились бы в старину, оборонное значение.
