— Тем не менее, я не могу купить корабль и полететь к звездам одна, — я повернулась и посмотрела ему прямо в лицо. — Ты говорил, что твоя МЕЧТА — тоже корабль. Сейчас она может осуществиться…
Он был Тэсса и, в то же время, не совсем Тэсса. Когда я смотрела на его лицо, я всегда могла увидеть за чертами лица Маквэда тень молодого человека с темной кожей, черными волосами — юношу, которого я впервые увидела на Большой Ярмарке в Ырджаре.
— Ты не хочешь возвращаться на Йиктор? — и вновь он не задал мне главного вопроса.
— Не сейчас. Йиктор так далеко отсюда.
Я не знаю, что он прочел в моем голосе такого, но он поднялся, подошел вплотную и притянул меня к себе.
— Майлин, я стал совсем не таким, каким был раньше, и с удивлением обнаружил, что являюсь изгнанником среди себе подобных. Я не сразу в это поверил, но все, что произошло здесь, на Сехмете, явилось лучшим тому подтверждением. Только одно существо на свете способно теперь претендовать на мою безграничную преданность…
— Два изгнанника могут начать совместную жизнь, Крип. А звезды… Наш корабль отыщет нашу звезду, и, я думаю, наши мечты, слившись в одну, вместе продолжат путь…
Вместо слов Крип крепко обнял меня, и мне это очень понравилось. Я поняла, что больше мы с ним не будем бродить по мирозданию врозь. Наши судьбы слились. И я благодарила Моластера всем сердцем за ЕГО великую доброту.
Когда я взглянул на нее, подошедшую ко мне, всегда безоглядно верившую мне (даже тогда, когда я позвал ее туда, где, возможно, ее ждала мучительная смерть, ведь я и сам считал, что шансов выжить у нее мало), я понял — это судьба! Мы нашли друг друга и тот образ жизни который устраивал нас обоих.
— Не изгнанники, — поправил я ее. — Это не изгнание когда возвращаешься домой!
А дом — это вовсе не корабль, не планета, не телега путешественника, трясущаяся по равнинам Йиктора. Это чувство, которое ты, испытав однажды, уже никогда не забудешь. Мы оба были до сих пор изгнанниками. Но теперь перед нами простирались звезды, а внутри нас был дом! И он останется с нами, пока мы будем живы!
