— Можем ли мы так рисковать ради него… проникнуть в Крим, даже будучи невидимым, опасно. Множество ловушек. Но мы сможем поговорить об этом позже, — протянул старый вождь. — Сейчас мои люди готовят пир в честь возвращения моей дочери. Вы будете почетными гостями на нашем празднике.
Весь лабиринт подземного города заполняла невидимая веселящаяся толпа. В огромной зале сверкало множество факелов. Столы ломились от медных блюд и кувшинов.
Луа взяла Марка за руку и отвела вместе с Мореа к стульям, возвышавшимся возле одного из столов. Она села рядом с Марком, и американец услышал голос Нурта, сидевшего рядом с французом. Над столами не смолкали шутки, веселая болтовня, смех. Шум голосов немного оглушал.
Казалось, что Марк Брэдфорд и Мореа сидели в огромном зале совершенно одни, только тот факт, что сосуды, блюда и ножи находились в постоянном движении над столом, говорило о присутствии тех, чьи голоса он слышал.
— Праздник духов! — пробормотал маленький француз.
Сосуд рядом с Марком поднялся над столом и послышался звук льющейся жидкости, текущей прямо в медную чашу, стоявшую перед ним, хотя он и не видел никакой жидкости. Когда чаша наполнилась, невидимая рука поднесла ее к его губам.
— Выпей, Марк, — предложил мягкий голос Луа. — У нас хорошее вино.
Марк заглянул в чашу. На вид она казалась пустой, но когда он поднес ее к губам, сладкое, крепкое вино полилось ему в рот.
Мореа внимательно посмотрел на свою пустую медную тарелку, и его лицо стало унылым.
— Пир духов, — продолжал он в том же духе. — Но почему не принесли угощения?
— Оно перед вами, мой друг, — уверил его отец Луа.
Мореа в высшей степени осторожно дотронулся до тарелки и, казалось, удивился тому, что он почувствовал.
— Жаркое из птицы! — недоверчиво воскликнул он. — Невидимые пища и вино!
— Разве я не говорила, что мы, Корлу, всю нашу пищу носим к Сияющему Богу, чтобы не становиться частично видимыми после каждого обеда, — напомнила ему Луа.
Марк тем временем набросился на пищу. Может, она и невидима, но осязаема и вкусна. Жареное мясо с овощами. Луа подливала ему вина, согревавшего его истощенное тело и мозг.
— Вы не боитесь, что жители Крима нападут на ваш город? — полюбопытствовал Мореа у Нурта, хотя не видел старика, сидевшего рядом.
— Нет, мы постоянно следим за озером, — ответил голос Нурта. — Если жители Крима появятся, мы просто выйдем из города и нападем на них в лесу. Они уже давно не делали попыток завоевать нас. Но к сейчас Гроро подумывает, как бы овладеть нашим богом…
— Не беспокойтесь о Гроро, — обратился Марк к вождю Корлу. — Освобождение Креллуса из адского города не займет слишком много времени, а потом мы втроем расстроим планы Жозефа Хогрима, чтобы он ни задумал!
А действительно, как хорошо было сидеть на пиру за столом, освещенным факелами, в окружении Корлу? Пусть они были невидимы, но они смеялись, шутили, счастливо празднуя возвращение Луа.
Рука Марка, слегка нетвердая из-за вина, поднялась и прикоснулась к лицу невидимой девушки, дотронувшись до ее мягких волос.
— Ты прекрасна, Луа. Ах, если бы я мог увидеть тебя! — сказал он ей.
— Но ведь ты чувствуешь мою красоту, не видя ее, — усмехнулась девушка.
— Нет, во имя небес! — воскликнул он. — Ты самая отважная, самая прекрасная, самая искренняя девушка, которую я только встречал, несмотря на то, что я не вижу тебя.
Ее теплые пальцы встретились с его рукой. Она обняла его, прижалась к нему.
— Я счастлива, что ты так думаешь, Марк, — мягко проговорила она. — Я очень счастлива.
Пир шел своим чередом. Громыхали медные блюда и чаши, двигаясь над столами, жители города-лабиринта ели вкусные закуски и пили крепкие вина. Женщины, смеясь, приносили все новые и новые сосуды с вином.
Марк никогда раньше не чувствовал себя так хорошо. Все печали, связанные с Креллусом и Хогримом, а также со смертельной опасностью, нависшей над миром, растворились в тепле, разлившемся по телу.
Мореа уронил голову на стол и уснул. Факелы притушили, и пир начал потихоньку угасать. Голоса и веселый смех притихли.
Когда Нурт решил оставить их, Марк услышал, как Луа что-то прошептала своему отцу. Американец тем временем налил себе новую чашу крепкого вина. Он выпил ее, и вдруг засмеялся, заметив Мореа, уснувшего прямо за столом.
— Марк, — позвала Луа, сидевшая рядом с ним. В ее голосе зазвучали странные нотки. — Ты не боишься меня, несмотря на то, что я — невидима? Тебя это не пугает?
— Думаю, это шикарно! — ответил ей Марк. — Не обычная видимая девушка, а ты, Луа.
Его рука обняла ее невидимые плечи.
Внезапно сердце Марка застучало громче. Он обнял девушку за талию и подтянул ее поближе. Он почувствовал как вздымается ее грудь, прижимаясь к нему.
— Луа, — прошептал он. Его лицо напряглось, глаза стали серьезными.
— Да, Марк, — прошептала она, — Я знаю, что ты хочешь сказать.
Его руки скользнули по ее невидимому лицу. Он наклонился, и его губы впились в мягкий, трепещущий рот. У Марка закружилась голова.
— Луа!.. Луа… — шептал он снова и снова.
