Куобба повернулся, его крупное лицо заблестело от пота.
— Что же делать?
— Держи курс в направлении северного полюса, — сказал Уилсон. — На подходе сделай несколько необычных витков, как будто корабль не слушается руля, и немедленно садись. Это будет выглядеть, как будто мы потерпели аварию.
С сомнением в голосе Хаммонд спросил:
— Ты думаешь, это удержит их от удара по кораблю?
— У нас есть шанс, — сказал Уилсон. — Возможно, сначала они попытаются связаться с нами, может быть, вышлют отряд на помощь.
— А если они найдут нас?
— Они обнаружат лишь следы катастрофы. Мы быстро покинем корабль и унесем все, что сможем. Мы наденем лученепроницаемые шлемы, и, если Врамены пойдут за нами с гипноусилителями, ничего у них не выйдет. Мы привезли из Куума шокеры и сможем остановить их.
— Надолго ли? — скептически спросил Тол Орр.
— Достаточно надолго, — ответил Уилсон. — Может быть, нам помогут. Если у Враменов здесь есть враги, их враги могут стать нашими друзьями. Вы слышали, Марден говорила о какой-то расе. Она назвала их Третьи Люди.
— Ложь, чтобы запугать нас и заставить сдаться Враменам, — пренебрежительно сказал Ланд.
— Возможно, — сказал Уилсон. — Помните, еще на Земле она сказала Хаммонду: «И даже если вы станете Враменами…». Подразумевалось, что на Алтаре есть кто-то еще, кроме Враменов. Кто знает, может другая раса нашла этот мир, эту звезду жизни?
Подобная мысль не приходила раньше в голову Хаммонду и потрясла его. Иные расы из далеких галактик могли прийти сюда в поисках вечной жизни. Как огромный магнит, звезда притягивала к себе людей и нелюдей. Они стремились к ней, как мотыльки на свет, ревниво сражаясь друг с другом за место на Алтаре.
Его размышления прервал громкий голос Уилсона.
— Предположим, что Врамены скоро взорвут корабль, — говорил Уилсон. — К моменту приземления мы должны быть готовы к высадке. Из корабля надо вынести все, что только можно: запасные атомные реакторы и инструменты, необходимое оборудование для ремонта, так же как и все оружие, аккумуляторы и продовольствие. Гурт, займись этим — да поживей!
В корабле началась лихорадочная суета. Гурт и Тол Орр определяли, что необходимо подготовить к выгрузке. Звенели гаечные ключи, когда люди поспешно разбирали механизмы, истинное назначение которых оставалось тайной для Хаммонда. Одни, обливаясь потом, тащили вещи к грузовым шлюзам. Другие, под руководством Ланда, наскоро сооружали электрические лебедки, чтобы выгружать тяжелые предметы, когда корабль приземлится. Хаммонд очнулся и обнаружил, что он вместе с Эйблом носит картонные коробки с продовольствием, которые Айва доставала из кладовой. По всем коридорам торопливо сновали люди, и эхо возбужденных голосов заглушало даже гудение генераторов.
Когда он брал следующую коробку, Айва спросила:
— Что сказала Тэйн Марден?
— Много разного. В основном она хотела отпугнуть нас от Алтара.
Девушка взглянула на него и неожиданно сказала:
— Прислушивайся к ее словам, когда она предостерегает тебя, Кирк. До всех остальных ей нет никакого дела, но не думаю, чтобы она желала твоей смерти.
Он был поражен.
— Айва, ты сошла с ума, если думаешь…
Больше он ничего сказать не успел. Корабль с ревом вошел в атмосферу, и по интеркому прозвучала команда:
— Всем пристегнуть ремни!
Люди бросились к креслам. Хаммонд и Айва заняли два кресла в кают-компании и уставились на сканер в стене.
На экране разворачивалась залитая солнцем поверхность планеты. Морей не было видно, ее покрывали сплошные леса. Темно-зеленые, с ярко-желтыми пятнами болот, они заставили Хаммонда вспомнить горы Нью-Мехико в осеннюю пору, золотые осины среди сосен. Поверхность планеты на экране резко накренилась. Корабль падал, головокружительно вращаясь. Казалось он не слушается руля.
В тело Хаммонда больно врезались ремни, рядом он слышал испуганные восклицания Айвы. Они спускались, заходя в штопор. Хаммонда интересовало: действительно ли Куобба выполняет приказ, создавая видимость кружения, или это настоящая авария? Он склонялся к последнему предположению. Слишком страшным становилось вращение, чтобы быть обманом. Воздух за бортом ревел все громче, и в сканере он видел мчащийся навстречу им густой темно-зеленый лес. Внезапно — треск, грохот, и Хаммонд подумал: «Проделать такой безумный путь, чтобы погибнуть..» Последовал глухой удар, и наступило самое захватывающее…
Тишина. Ни звука, ни движения, впервые с тех пор, как они покинули Куум.
Команда по интеркому разорвала тишину:
— Всем выходить наружу! Вытаскивать оборудование!
Хаммонд помог Айве освободиться от ремней, и они присоединились к толпе, бегущей вниз по коридорам. В открытые грузовые шлюзы лился слепящий солнечный свет. Лица обдувал теплый сухой ветер.
