Она запнулась, и на мгновение я разглядел испуганную девочку под маской бесстрашного агента.
– Ты поступила правильно, Мелия. На твоем месте я бы, наверное, не выдержал и повторил переход. Провалился бы в петлю времени…
С опозданием до меня дошло, что тема для разговора не вполне подходящая, принимая во внимание некоторые обстоятельства.
– Как бы то ни было, ты решила выждать, и вот – я здесь. Одна голова хорошо, а две – лучше…
– Что же нам делать? – перебила Мелия. Испуганная девочка больше не пряталась.
Молодец, Равель. Умеешь успокоить расстроенную девушку. До тебя она держалась отлично…
– Возможен ряд вариантов, – объявил я бодро и решительно. Весьма решительно для человека, у которого суп течет по подбородку. Даже задохнулся слегка. Переведя дыхание, продолжил: – Только… только хорошо бы немного поспать…
– Само собой! Извини… Тебе надо восстановить силы. Поговорим после.
Три дня пришлось проваляться, пока регенерировала кожа на спине и закрывались резаные раны; полевая аптечка Мелии пришлась как нельзя более кстати. Дважды звучали выстрелы: Мелия отгоняла любопытных гадов, из тех, что покрупнее. Кратерный бластер в широкоугольном режиме кусается достаточно больно – даже до мозгов с горошину этот факт доходит исправно.
На четвертый день, пошатываясь на неверных ногах, я вышел на край грязной лужи, откуда меня извлекла Мелия.
Знакомая воронка на месте станции, что же еще. Морские отбросы, оставленные приливами, дожди, песок и останки неосторожных рептилий заполняли ее наполовину. Стеклянная поверхность выше уровня грязи сильно выветрилась. Времени прошло много – очень много.
– Давно, как ты думаешь? – спросила Мелия.
– Не меньше нескольких веков. Может быть, тысяча лет, а может – две…
– Иными словами, станцию так и не восстановили.
– В текущем темпоральном сегменте – безусловно. Так и должно быть – нет смысла строиться на известном месте.
– Не все так просто. Я здесь почти месяц – давно бы нашли, если бы искали.
– Не обязательно. Мы далеко в прошлом…
– Пожалуйста, не надо меня утешать, Равель. Мы попали в беду. Это не локальное возмущение – это распад системы.
Мысль пришлась мне вовсе не по вкусу. Особенно тем, что совпала вплоть до отдельных слов с моими собственными соображениями – когда я стоял над своим же трупом.
– Над проблемой работают лучшие умы Коммутатора, – уверенно объявил я. – Ответы не заставят себя ждать.
К сожалению, мне не удалось убедить даже себя самого.
– Локальная дата станции – последний раз, когда аппаратура работала?.. – спросила Мелия.
– Шестьдесят пятый. А в чем дело?
– В том, что мы не вполне современники. – Она невесело улыбнулась. – Меня перевели на Берег Динозавров в тысяча двести тридцать первом году по локальному летоисчислению.
Несколько секунд я переваривал новую информацию. Выводы оказались безрадостными. Я даже закряхтел, будто меня ударили в живот.
– Просто замечательно. Яснее ясного…
Договаривать не хотелось: оба мы прекрасно все понимали. То, что каждый из нас пережил, и то, с чем приходится иметь дело сейчас, известно в нашем деле как
Нештатную ситуацию, созданную одним из принятых мною решений.
То есть доказательств такого утверждения не было, разумеется – я просто знал. А ведь в 1936-м все вышло по инструкции. Я все за собой подчистил, полностью обезвредив карга. То есть мне так показалось.
Беда только, я сделал что-то лишнее – или чего-то не сделал. Испортил красивую картину – и вот результат.
– Не сходится. – Я помотал головой. – Ты вернулась на базу, которой больше нет. База исчезла в результате событий, не имевших места в твоем персональном прошлом. Очень хорошо, но каким образом
– Но почему они не засекли меня?.. – воскликнула Мелия, уже не слушая. Голос ее дрожал.
– Не принимай временных трудностей так близко к сердцу, девочка, – сказал я, похлопав Мелию по плечу.
Мое прикосновение заставило ее закрыться, как я и предвидел. Знать такие вещи полезно, хотя и не всегда приятно.
– А ты не давай рукам волю! – огрызнулась она. – Очень ошибаешься, если решил, что здесь тропический рай специально для тебя…
– Не горячись, пожалуйста. В случае чего, времени отвергнуть мои авансы будет достаточно. Не изображай оскорбленную добродетель: на глупости времени как раз нет.
Мелия набрала в грудь воздуха для достойного ответа – и прикусила язык. Замечательная девочка. Мне очень хотелось обнять ее и сказать, что все будет хорошо, но я воздержался. Хорошо бы для начала самому в это поверить.
– Можно еще подождать, над нами не каплет, – сказал я деловым тоном. – А можно предпринять что-нибудь прямо сейчас. Ставлю на голосование…
