Но тут же ей стало ясно, что это не имеет значения. Никогда не имело значения. Джон знает, он все понимает лучше, чем она. Он обнял ее за плечи и притянул к себе. Мейгри положила голову на его грудь и впервые за все годы изгнания почувствовала себя легко и свободно.
Разлука — все, чем богато небо,
И все, что придумал ад.
— Все эти годы, Мейгри, я думал, что ты умерла!
— Прости меня, прости, что я причинила тебе столько горя! Но я должна была скрыться, исчезнуть. Ты был моим самым близким другом, Джон. Саган наверняка следил за тобой!
Дикстер провел руками по ее плечам, нежно поглаживая синий бархат.
— Я помню это платье… или похожее на него. Измятое, почерневшее от следов огня и пятен крови. — Он замолчал и глубоко, судорожно вздохнул. — Ты должна была доверять мне, Мейгри.
— Доверять тебе! — Приложив руку к его лицу, Мейгри медленно провела пальцами по глубоким складкам. — Разве ты до сих пор не знаешь, от кого я пыталась убежать? Кому я меньше всего доверяла? Кому я и по сей день не смею доверять? — Оторвав руку от лица Джона, она поднесла ее к шраму на своем лице. — Я похоронила ее там, где, как я думала, никто и никогда не найдет ее!
— Мейгри, не надо!
— Но это не помогло, как ты видишь! Я позвала его, и он нашел меня, потому что я хотела, чтобы меня нашли. Я предала все, за что умерли Ставрус, Туска, Платус. Я отдала ему в руки мальчика, и вот я здесь, все еще с ним, все еще танцую, держась за его руку в ритме какой-то дьявольской музыки!
— Успокойся, дорогая, тише! Не будем больше говорить об этом. За все семнадцать лет, Мейгри, дня не прошло, чтобы я не любил тебя.
Она заморгала, шмыгнула носом и посмотрела вокруг, словно ища, не оставил ли кто в саду коробку с бумажными платками. Джон сунул руку в карман, достал носовой платок и протянул ей.
— На вот, возьми.
Мейгри улыбнулась, вытерла глаза и, взглянув на него из-под опущенных ресниц, сказала задиристо все еще глухим, сдавленным от слез голосом:
— Так, значит, нет никакой жены и десятерых детей?
— Жены? Разве подобная жизнь для женщины? — сказал Дикстер и показал рукой на крепость.
— Для женщины, которая любит тебя. Полно, Джон! Подобно миссис Бэгнет она надела бы серый плащ, взяла зонтик и последовала за тобой хоть на край света. Я так хотела, чтобы ты женился. — Мейгри отступила на шаг. — Ты заставляешь меня чувствовать себя виноватой. Ведь я превратила твою жизнь в… как это… в заглохший, пустой сад. Я никогда не хотела этого…
Дикстер притянул ее и прижал к себе.
— Я знал, что делаю. Я не был похож на мальчика, у которого украли сердце. Я был мужчиной и отдал тебе свою любовь добровольно и с радостью. Я прекрасно понимал, что получу взамен. Ты была всегда честной со мной, а твоя дружба — верной. Мне этого было больше чем достаточно. Я знал своих соперников…
— Соперников? Во множественном числе? Столько у меня никогда не было!
— Было. Два. Он и еще один.
Мейгри, прильнув к Джону, прижала голову к его щеке. Проследив за его взглядом, она поняла, что Дикстер смотрит на челнок Командующего, поверхность которого отсвечивала на солнце.
— А кто был вторым? — спросила она тихо.
— Его-то я и боялся больше всего. Даже не надеялся избавиться от него.
Мейгри озадаченно посмотрела на Джона.
— Он там. — Дикстер поднял глаза и посмотрел на небо.
День близился к вечеру, небо все еще было светлым, но уже виднелся мерцающий свет соседней планеты.
— О, я знаю тебя прекрасно, леди Мейгри! Ты сейчас не со мной. Ты — там, соображаешь, где и как достать космолет и улететь сражаться с кор…
— Джон! Замолчи! — Мейгри зажала рукой его рот, украдкой посмотрела на корабль Сагана.
Неожиданно Дикстер расхохотался, засмеялась и Мейгри, и звонкий смех, каким смеются только влюбленные, еще больше сблизил их. Но смех оборвался быстро, слишком быстро. Oни стояли, прижавшись друг к другу, как дети, которых страх заставил быть рядом.
— Почему ты задал ему этот вопрос, Джон?
Мейгри смотрела на корабль.
— Ты имеешь в виду вопрос, откуда он знает, что коразианцы нанесут удар именно по нашему сектору галактики?
— Да.
— Сначала ты ответь мне на один вопрос. Саган сказал мне правду?
— Насчет технологий? Да.
— Но не всю правду.
Мейгри положила руки на плечи Джона и крепко сжала их.
— Они бросили его в пасть голодного волка, который гонится за ними.
— Почему? Он же самый опытный в Республике Командующий, лидер, которого высоко ценят…
— И он же один из волков. По мнению Роубса, самый опасный из волков.
Джон потерся щекой о ее щеку. Светлые тонкие волосы цеплялись за отросшую к вечеру щетину.
— Я догадывался.
— Что ты имеешь в виду?
Дикстер немного смутился.
— Как всегда, я оказываюсь в нужном месте, но не вовремя. Ты когда-нибудь слышала об адонианце по имени Снага Оме?
— Нет, но не смотри на меня удивленно. В последнее время моя жизнь была в некотором роде ограничена. Я мало что видела.
