— По закону вашего государства я имею право предстать перед судом и быть судимой равными мне по положению.
— Приговор вынесли равные вам, миледи, — сказал Дерек Саган. — Это сделал я — единственный из равных вам по положению, оставшийся в живых.
— Тогда, милорд, вы не можете возражать против исполнения приговора в ходе поединка.
Вымуштрованные охранники Командующего насторожились и обменялись взглядами.
Саган спиной почувствовал их реакцию. Его губы скривились. Он наклонился к ней и прошептал:
— Приятно узнать, что ни время, ни тяготы жизни не лишили вас непредсказуемости. А я-то ломал голову, что у вас на уме. Примите мои поздравления.
Мейгри опустила глаза.
— Благодарю, милорд.
— Я судил вас, миледи, и признал виновной. Я приговорил вас к смерти и приведу приговор в исполнение, — громко сказал Саган.
— Я оспариваю ваш приговор, милорд. Я имею право, как особа королевского происхождения, представить мое дело на Высший суд, перед которым мы все однажды предстанем. Я бросаю вам вызов, мой обвинитель. Если вы еще не забыли о чести, докажите на поле боя, что ваш приговор справедлив. Своей доблестью и верной рукой я готова доказать свою невиновность. Бог будет мне судьей.
Охранники замерли. Затаив дыхание, они ждали, что ответит Командующий.
— Вы не посмеете отказать мне, Саган, — добавила Мейгри тихо. — Ваших людей всегда будет мучить вопрос, не испугались ли вы встретиться со мной на поединке. Это может оказаться первой трещиной в незыблемой скале их преданности вам. А их преданность будет ох как нужна вам, когда клеймо изменника ляжет на вас!
— Подумайте хорошенько, Мейгри. Вы не можете победить. Даже если вам удастся сразить меня, мои люди убьют вас на месте.
— Не все сразу. Не этому ли вы меня учили, командир? — Мейгри посмотрела ему в глаза, где отражался бело-голубой свет драгоценного камня.
Тонкие губы Сагана скривились в горькой усмешке.
— Вы всегда были умны. И надеюсь, не доживете до момента, когда придется сожалеть об этом. — Протянув руку, он коснулся шрама на ее лице, провел пальцами по гладкой коже. — На этот раз я не буду милосердным. Миледи. — Он поклонился, развернулся и ушел.
— Милорд. — Мейгри прижала руку к щеке. Кожа, которой касались его пальцы, горела.
«Умри сейчас!»
Дайен подумал со страхом, не идет ли атака на корабль. Палуба уходила из-под ног, стены коридоров качались, наклоняясь то вправо, то влево под невероятными углами, отчего идти было практически невозможно. Он непрестанно натыкался на перегородки или ударялся о решетчатые двери вентиляции. Но если корабль и атаковали, то это почему-то никого не волновало. Все продолжали заниматься своими делами. На Дайена тоже не обращали внимания, а если и замечали, то смотрели либо с удивлением, либо с отвращением.
— Пожалуйста… — Дайен шаткой походкой подошел к двум офицерам. — Скажите, леди Мейгри, она…
Но офицеры прошли мимо, недовольно посмотрев на него.
— Пьяный! Командующий этого не потерпит! — сказал один другому.
Дайен прислонился к стене, чтобы не потерять равновесия, и попытался крепче держаться на ногах. В блужданиях по коридорам корабля его преследовало жужжание идущего следом робота-медбрата, чьи металлические пальцы позвякивали, готовые при необходимости вцепиться. Вот и сейчас робот устремился к нему. Дайен уже видел свое отражение в круглых, выпуклых линзах робота. Охваченный ужасом, он оттолкнулся от стены и, спотыкаясь, побрел дальше.
— Дайен! — позвал его знакомый голос.
Юноша остановился, на миг прекратив безудержное стремление в никуда, и повернулся, но слишком резко. Тело потеряло равновесие, он упал. Двигатель робота-медбрата зажужжал громче. Дайен пытался подняться, чтобы убежать, но ему удалось встать только на колени.
— Дайен, что случилось? Посмотри на меня, я — Маркус.
Сильные руки подхватили его и подняли на ноги. Вглядевшись в лицо, Дайен узнал его. Маркус, один из его охранников.
— Напился он, вот что с ним случилось, — сказал кто-то.
— Нет! — запротестовал Дайен, еле ворочая онемевшим языком. — Это… лекарство! — Он махнул рукой в сторону робота-медбрата, остановившегося в ожидании рядом с юношей. В одной металлической руке у него наготове был шприц, в другой — кусочек ваты, в третьей — ампула.
— Гиск? — спросил Маркус, бросив на робота мрачный и неприязненный взгляд.
— Мне нельзя… спать! — Дайен вцепился в руку охранника. — Мейгри… казнят. Должен помешать.
— Так вот в чем дело, — пробормотал Маркус. — Пошел прочь! — крикнул он на робота. — Отстань, металлический упырь!
Робот откатился, выключил двигатель и неподвижно застыл, уставившись на них множеством линз. Маркус повернулся к своим приятелям.
— Помогите отнести парня в мою каюту. Затем ты… — добавил он что-то, понизив голос, и последние слова Дайен не расслышал, снова почувствовав, будто летит по спирали в глубокую пропасть.
Едва сохраняя проблески сознания, он собрался с силами и пришел в себя.
