Глаза генерала в сеточке морщин прищурились, губы растянулись в улыбке – горькой улыбке понимания. Таск, в смущении опустив глаза, не заметил улыбки Дикстера, который продолжал говорить строгим, без нотки сочувствия голосом:
– Среди моих стрелков ты единственный имеешь опыт в обращении с новейшим образцом орудия. Кроме того, ты умен, сообразителен и наделен воображением. В трудной ситуации найдешь наиболее логичное решение, а не станешь просто пробиваться, стреляя направо и налево.
Генерал провел рукой по потному лицу. Несмотря на ночь, жара не спадала.
– Догадываюсь, что вы все думаете обо мне: старый дурак. – Он оглянулся на наемников, направлявшихся кто куда: к своим кораблям, в бар или ближайшее казино. – Но я даже выразить не могу, как много это значит – провезти груз без всяких инцидентов. Тебя, Таск, я выбрал по одной причине: я доверяю тебе. – Дикстер одной рукой обнял наемника за плечи. – Не подведи меня.
Кивнув головой, Дикстер дал понять Таску, что вопрос исчерпан.
Таск еще ниже опустил голову.
– Есть, сэр, – пробормотал он.
– А теперь пойдем ко мне в кабинет. Я познакомлю тебя с твоим водителем.
Сняв руку с плеча Таска, Дикстер повернулся к Беннетту, который следовал за ними, нагруженный планшетами и бумагами. Генерал и адъютант быстрым шагом направились к трейлеру, оставив позади Таска. Дайен, во время разговора Дикстера и Таска державшийся в стороне, увидел, что Таск остановился.
– Не нравится мне все это, – пробормотал Таск. – Ох как не нравится, черт возьми!
* * *
В трейлере Дикстера было многолюдно, шумно и душно. Люди постоянно входили и выходили. Чаще других здесь появлялись связисты из большого белого вагончика – полевого узла связи, на крыше которого поблескивал целый лес антенн различной формы и размеров.
– Они держат связь с Мареком, получая донесения о передвижении его войск, а может быть, прослушивают и переговоры правительственных сил, – объяснил Таск.
Дайен кивнул, стараясь показать, что все понимает. Но взглядом неотступно следил за другим вагончиком, припаркованным рядом с узлом связи. Этот вагончик был меньше и по виду новее. В отличие от соседнего, никто не выходил из него и не входил туда. Тем не менее было очевидно: там идет интенсивная работа. Установленные на крыше локаторы вращались, несколько длинных, из блестящего металла труб были обращены в небо.
– Что там происходит? – спросил Дайен, указывая на вагончик.
Таск посмотрел на него быстрым проницательным взглядом.
– Прослушивают переговоры между кораблями флота.
– Командующего?
– Угу.
Дайен смотрел на вагончик. Пальцы его сжались в кулаки, дрожь то ли от возбуждения, то ли от озноба пробежала по телу.
– Пойдем, парень. Невежливо заставлять генерала ждать.
– Может быть, мне лучше остаться здесь?
Таск посмотрел на юношу, потом перевел взгляд на вагончик и, покачав головой, крепко ухватил его за руку.
– Я знаю, о чем ты думаешь, парень, и это нехорошо.
Дайен уставился на него, стараясь вырваться из рук наемника.
– Что вы имеете в виду?
– «Этот человек знает, кто я» или что-то в этом роде. Да, Саган знает, и ты ради этого готов рисковать своей жизнью, а также моей и Дикстера?
– Вы ошибаетесь! Ничего подобного! Я же не глупец. Кроме того, – добавил юноша холодным тоном, пытаясь освободиться от крепкой хватки Таска, – я уже знаю правду.
– Я в курсе. – Таск ухмыльнулся. – Икс-Джей рассказал мне. Должен сказать, твои слова подействовали на него как удар молнии. В таком шоке Икс-Джей не был с тех пор, как мы попали под перекрестный огонь на Дельте Венус. – Наемник тяжело вздохнул. – Давай покончим с этим.
Дайен понуро побрел за Таском. Напоследок еще раз бросил взгляд на вагончик. Он действительно не помышлял о том, в чем заподозрил его Таск. Он и думать об этом не смел, пока Таск не заговорил.
Думать не смел.
Да, подсознательно такая мысль у него возникла, потому что стоило Таску обвинить его в желании связаться с Командующим, как Дайен признался себе, что действительно подумал об этом, но тут же отверг эту мысль по причине, о которой упомянул Таск. Все это означало, что Таск понимает его лучше, чем он сам. Это смутило и обеспокоило Дайена.
На пороге трейлера Дайен, Таск и еще два пилота столкнулись с выходящим инопланетянином и двумя солдатами и никак не могли разойтись. Наконец, пробившись в дверь, они оказались в душной, шумной, переполненной людьми приемной. Дайен почувствовал удушье. Он не любил толпу. Оказываясь среди простых людей, он понимал, как чужд и как далек от них.
«Я не принадлежу к ним, – думал он, – и никогда не буду принадлежать».
Ждать вызова к генералу пришлось довольно долго. Юноша внимательно прислушивался к разговорам, пытаясь понять смысл жаргонных словечек, которыми перебрасывались военные, и так увлекся, что забыл о своей отчужденности. Наконец Беннетт крикнул: «Таск!»
Поработав локтями, прокладывая путь через душную и шумную приемную, они оказались в кабинете Дикстера, где, в отличие от приемной, было прохладно и тихо. Беннетт закрыл за ними дверь.
