Марк Хэмилл, неповторимый Люк Скайуокер, родился в 1951 году в приморском городе Окленд, в Калифорнии. Его отец Уильям Хэмилл был военным – капитаном ВВС, мать Сьюзан – домохозяйкой. В семье было семь человек детей.
Хэмиллам часто приходилось переезжать с места на место, Нью-Йорк сменялся Виргинией, а школу Марк заканчивал в Японии.
В Нью-Йорк Марк попал в возрасте семи лет, когда отец взял его с собой в командировку. Всю ту неделю мальчик ежедневно ходил в театр. А в Японии, где бесплатно показывали кино для семей военнослужащих, Марк не пропустил ни одной кинопремьеры. Ему нравилось актерство. Позднее он говорил, что там, где кроме тебя есть еще шестеро братьев и сестер, приходится прикладывать немало усилий, чтобы привлечь к себе родительское внимание.
Еще один его трюк в манипулировании братьями и сестрами заключался в демонстрации фокусов. «Я просто достал их моими фокусами. Как только я заикался о фокусах, они разбегались кто куда, крича: „О нет! Только не это!“. Собственно, в том и заключался главный фокус – я оставался в комнате один».
«Мы переезжали каждые два года, – вспоминал Марк. – С актерской точки зрения, это шикарная возможность практиковаться. Каждый раз думаешь: „Что-то было не так в старой школе. Надо что-то делать“. И начинаешь все сначала. Так что в каждой школе обо мне складывалось какое-то другое впечатление».
В двенадцать лет он дебютировал в школьной постановке: работал над декорациями и внезапно вынужден был заменить заболевшего исполнителя одной из ролей.
И кино. Он страстно увлекался фильмами. «Я обожал спецэффекты. Однажды мне даже запретили смотреть „Кинг-Конга“. Я смотрел его каждый день в течение недели, пытаясь сообразить, как же сделаны там эффекты. Если бы я не стал актером, то стал бы декоратором. Моя жизнь точно была бы связана с театром», – вспоминал Марк спустя много лет.
Это увлечение пришло к нему очень рано. «Когда мне было лет семь, до меня вдруг дошло, что есть люди, которые зарабатывают на жизнь созданием монстров для фантастических фильмов. С тех пор я мечтал только об этом».
В 1969 году, на свадьбе старшего брата, Марк Хэмилл познакомился с композитором Майклом Фрэнксом, который написал пьесу для небольшого голливудского театра. Фрэнкс пригласил семнадцатилетнего Марка принять участие в постановке. «Я выглядел тогда на двенадцать, но Фрэнкса это устраивало», – рассказывал Марк.
Пьесу поставили в августе, а к Рождеству у Марка Хэмилла уже был свой агент. Марк жил тогда в сарае, который снимал за пятьдесят пять долларов в неделю. Чтобы не попасть в армию – в те годы можно было угодить во Вьетнам, с ожидаемыми последствиями, – Марк учился в театральном колледже. Родители Марка как раз в это время развелись: дети выросли, стали самостоятельными, и брак, который, очевидно, сохранялся только ради детей, распался. К выбору профессии средним сыном, Марком, оба родителя единодушно сохранили скептическое отношение. Отец и мать сомневались, что он сможет прокормить себя «лицедейством».
«Мой старший брат, врач, до сих пор считается самым устроенным и самым успешным из нас», – рассказывал Марк Хэмилл.
После участия в телепроекте «Шоу Билла Косби» Марк снимался в нескольких телесериалах и, наконец, решил прийти на кастинг «Звездных войн».
