Эта плодовитая писательница и сценаристка хорошо известна ценителям фантастики. Кажется, лучше всего ее творческое кредо можно охарактеризовать двумя словами: плодовитость и оптимизм.
Она родилась 7 декабря 1915 года в Лос-Анджелесе, окончила школу, преподавала драматическое искусство и плавание (!), а писательницей она мечтала стать с детства, поэтому начала заодно писать фантастические рассказы…
В 1940 году в журнале «Удивительная научная фантастика» появился ее первый рассказ – «Марсианский гладиатор».
Ли Брэкетт создавала произведения на «марсианскую» и «венерианскую» тему (имеются в виду строго планеты и ничего другого). И создавала их много. Ее герои – сильные личности, мужчины и женщины, – отчаянно стремятся к своей мечте, но часто терпят неудачу. Однако это «эпическая» неудача. Как известно, многие европейские эпосы имеют главной темой не победу, а поражение (самый яркий пример – «Песнь о Роланде»). Вот и поражения героев Ли Брэкетт содержат в себе зерно грядущей победы.
Ли Брэкетт работала по старинке: она не создавала четко прописанных планов, «компендиумов», как сейчас принято, нет – она импровизировала. Сюжет возникал по ходу повествования. Эта манера работы в какой-то мере созвучна с тем, что делал Джордж Лукас. План необходим (и он, конечно, хотя бы очень схематически, всегда присутствует, даже если он и не записан на листке бумаги, а существует только в уме создателя). Но план не должен довлеть: живую импровизацию нельзя душить пунктами и подпунктами, иначе произведение получится мертвым.
Первой киноработой Ли Брэкетт, которая выступала и в качестве создательницы сценариев, стал фильм «Глубокий сон». Сценарий писался в соавторстве с Уильямом Фолкнером по роману Чандлера. С него началась голливудская карьера писательницы. «Бандит Рио», «Эльдорадо», «Рио Лобо», «Долгое прощание» (опять Чандлер, кстати)… И наконец – «Империя наносит ответный удар».
Этот сценарий Ли Брэкетт создала уже незадолго до своей смерти – фактически он стал одной из последних ее работ. Ли Брэкетт скончалась от рака 24 марта 1978 года.
Очень серьезно дискутировался на начальном этапе вопрос участия Харрисона Форда. Сам Форд любил Индиану Джонса и перестал любить Хана Соло. Собственно, Форд с самого начала оставил за собой право выйти из проекта на любом этапе. Кэрри Фишер и Марк Хэмилл сразу подписали контракт, где было оговорено их участие в проекте «Звездные войны», включая сиквелы. А Форд такого контракта не подписал.
Ли Дуглас Брэкетт (1915–1978) – американская писательница и сценаристка
Он твердил, что Хан Соло ему надоел. «Давайте его убьем как-нибудь героически». В финале «Империи» его замораживают и отправляют в таком виде к Джаббе. Подобный исход давал и актеру, и режиссеру определенную свободу: Лукас мог в любой момент разморозить Форда и снова «вбросить» его персонажа в сюжет. С другой стороны, Хан Соло мог и помереть в ожидании, пока его разморозят, и тогда Форду больше не пришлось бы его играть.
«Почему бы Хану Соло не принести себя в жертву ради других? – рассуждал Харрисон Форд. – Ведь у него нет мамы, нет папы, нет никакого будущего, нет ответственности за происходящее… Все это естественным образом делает возможным принесение такого персонажа в жертву».
Но Джордж был категорически против того, чтобы кем-то жертвовать. И, как и всегда, Джордж получил то, чего хотел. Харрисон Форд согласился участвовать в третьих «Звездных войнах». Вообще, как и было задумано Лукасом, актерский состав не менялся ни разу на протяжении съемок всех трех фильмов «оригинальной» трилогии. И Алек Гиннес, что бы он там ни говорил, продолжал оставаться призраком Оби Вана Кеноби, а Харрисон Форд выбрался из карбоновой заморозки и продолжил совершать подвиги.
Изначально фильм должен был называться, по замыслу Джорджа, «Возвращение джедая». Потом название сочли слабоватым. В принципе, да. Требуется что-то более энергичное. Может быть, «Месть джедая»? И на протяжении всего времени работы над фильмом «Месть джедая» оставалась основным названием.
Правда, потом появилось еще одно, совершенно несуразное, – «Голубой урожай». Произошло это вот по какой причине.
Наученный горьким опытом, Лукас попытался с самого начала поставить жесткие бюджетные рамки. Ведь он опять не вкладывал в картину ни одного доллара со стороны.
И тут вступал в силу человеческий фактор.
Когда деловые люди, у которых съемочная группа закупала для фильма разные материалы, узнавали, о каком, собственно, фильме идет речь, они мгновенно начинали завышать цену. Ого, «Звездные войны»! Да тут миллионы крутятся! И быстренько назначали цену в два доллара за то, что в обычных условиях стоило бы один.
Тогда-то и появилось название «Голубой урожай». Якобы картина повествует о каких-то небывало плодоносных растениях. Неинтересное название, рядовой фильм. В переговорах с производственниками цены сразу же упали до нормальных. «Голубой урожай»? Господи, да кому какое дело!
