Но вот падение замедлилось. Со всех сторон флайтер обступили закрывавшие свет стены, летающая доска словно летела вглубь колодца. Флайтер остановился с едва заметным толчком, более слабым, чем толчок о землю при ходьбе, и оба Властителя Неба поднялись. Они прибыли на место.
Лорд Руд не стал подходить к Кинкару. Можно было бы подумать, что ему противно прикасаться к пленнику. Но лорд Диллан поднял его и разрезал веревки на щиколотках и, к крайнему удивлению узника, на запястьях. Распухшие кисти юноши бессильно упали. Лорд Диллан поднял мешок с Воркен и швырнул его Кинкару. Тот неловко поймал его, твердо решив не показывать, какой болью отзывалось во всем теле каждое движение рук.
— Когда я скажу, иди спокойно вперед, — лорд Диллан говорил медленно и внятно, словно давал указания слабоумному ребенку. — И без фокусов, иначе я тебя обожгу вот этим, — он вытащил из-за пояса небольшую палку, похожую на ту, что служила Кинкару при охоте на свардов. — Она не убьет, но боль от нее будет сильнее чем от целой стаи мородов, и эта боль никогда не покинет тебя. Понял?
Кинкар кивнул. Он был склонен верить этому, ибо не было оснований думать, что Черные угрожают зря. Мог ли он надеяться на скорую смерть при попытке к бегству? И наоборот, попытался ли бы он побежать, если бы знал, что за этим наступит конец? Пока человек жив, надежда не покидает его, и Кинкар не достиг еще такой точки отчаяния, чтобы пытаться навлечь на себя смерть, покончив все одним ударом, как охотник кончает со своей жертвой. Неся Воркен на руках, он послушно пошел вслед за лордом Рудом. Они вышли из комнаты, где стоял флайтер; сзади тяжело ступал лорд Диллан, держа наготове свое оружие.
Жилые помещения в крепости У-Сиппара были сделаны Небесными мастерами из Небесных материалов. Узкий коридор, которым шли трое прибывших, был так же не похож на покои крепости, как черты самой крепости не соответствовали гортианской архитектуре, лежавшей в их основе. Тут не было никаких радужных сполохов, только ровный серый блеск. Когда Кинкар задевал за стены, ему казалось, что они сделаны из неведомого металла. Через несколько шагов коридор кончился, они стали взбираться по спиральной лестнице шириной не более полутора футов. Кинкар схватился за перила, обхватив Воркен левой рукой. Он без отрыва смотрел на мелькавшие перед его глазами ботинки лорда Руда, борясь с желанием заглянуть в провал колодца, уходившего куда-то вглубь.
Они миновали несколько этажей — как бы выходя из пола этажа, чтобы тут же уйти через его потолок. Кинкар не мог даже представить себе, каким могло бы быть назначение здания, чью сердцевину составлял столь странный колодец. На третьем этаже лорд Руд вдруг свернул с лестницы, и все трое оказались в боковом коридоре. Здание, в котором они находились, казалось покинутым. Хотя их шаги гулко отдавались в колодце, никакие другие звуки не нарушали висевшую над лестницей мертвую тишину, не видно было и часовых или охранников. Всюду стоял странный, непонятный запах. Это была не та промозглая сырость, которую источали стены старого замка и крепости У-Сиппара, скорее, тут пахло древностью, давним отсутствием свежего воздуха и яркого солнечного света.
Коридор, в который свернул лорд Руд, имел в длину не более хорошего шага. Черный коснулся ладонью двери, и та откатилась в сторону. За ней открылось довольно странное полукруглое помещение, имевшее форму натянутого лука. Дверь была в прямой стене комнаты. В противоположной стене через равные интервалы были проделаны круглые окошки, затянутые каким-то прозрачным материалом, совершенно Кинкару неизвестным.
Вдоль стены под окнами тянулась скамья, на которой лежали подушки, купол и стены тоже были обшиты чем-то мягким. Кроме этого, ничего и никого в комнате не было. Лорд Руд окинул комнату беглым взглядом и отступил в сторону, давая Дорогу Кинкару. Юноша вошел, а лорд Руд вышел из комнаты, оставив пленника одного.
Тот развернул плащ, в который была завернута Воркен, стараясь увернуться от клюва разозленной птицы. Он посадил со на скамью, и Воркен немедленно принялась расхаживать своей забавной походкой, переваливаясь с боку на бок. Когти ее про тыкали обивку подушек, она с трудом вытаскивала их при каждом шаге. Кинкар опустился на скамью на колени и выглянул в окно.
