— И что же в слове «публично» должно её напугать? — озадаченно спросил я. — Я же не просто так сказал это слово. Я сказал его, потому как на публике будет заметно, угрожаю ли я матери Луди, или пытаюсь ли воздействовать Силой на её сознание… И тогда наш Орден более посрамлён. Более того, я согласен дать развёрнутые объяснения насчёт политики Ордена относительно Одарённых-детей, и почему их главное обучать именно нам. Опять-таки публично и не в «Джедайском Вестнике», ели вы относитесь с изрядной долей скепсиса к нашему каналу. На этом, полагаю, всё?
— Нет, не всё! — громко произнесла Бирака Холг. — Вы всё ещё не удовлетворили наши требования по передаче Луди её матери! Вы всё ещё не вернули похищенную, маленькую, бедную девочку! И если вы не вернёте, мы не просто продолжим тут находиться, Магистр! Мы пойдём на штурм вашего драгоценного Храма!
— Ваше право, — пожал я плечами, — однако я всё время пытался с вами договориться, приводил примеры, вёл переговоры. Но если они не возымели эффекта, то я хочу, чтобы вы хотя бы подождали до реализации моего предложения по публичным извинениям и пояснениям. Мы устроим… Скажем так, чтобы меня и тех Джедаев, что привезли к нам Луди, пригласили на «Вечерний Обозреватель», что ведётся на Первом Корусантском канале. Его полгалактики смотрит. Что на это скажете?
— А знаешь, Бирака, мне кажется штурмовать Храм не самая умная идея, — донеслось от одного из студентов.
— Да что со всеми вами? — резко спросила панторанка. — Он вам что мозги всем задурил? — нет, их сознания я даже не касался. Ни одного из них, разве что добавлял Силу в голос, чтобы они лучше слышали, но внушения напрямую не было. Хотя искушение есть, отрицать не стоит.
— Да нет, Шейа, — произнёс студент. — Просто если подумать — Джедаи ведь всё равно сильнее нас всех, да и объяснения они согласны дать, а не просто закрылись и запретили нам что-то делать.
— Вы вольны остаться тут, — продолжил я. — Однако исключите из повестки штурм Храма. Поверьте мне — никто из вас не пострадает. Но будет больно и неприятно. Я предложил вам всем путь решения нашей конфликтной ситуации.
— Вот это правильно, — произнесла зелтронка. — Решение конфликтной ситуации без конфликта! Зачем нам какой-то штурм… Он принесёт лишь боль, лично я домой…
Зелтронка была красивой и стройной. Она была розововолосой с весёлыми, голубыми глазами, одетая в облегающую одежду, отчего её груди прямо выпирали… И вот её перфоманс подействовал на мужскую половину собравшихся… больше всего сказанного. Она пошла, часть студентов пошли за ней. И некоторые девушки, кстати, тоже начали расходиться. Оставались на своём месте Холг, панторанка Шейа и ещё с десяток студентов. Такими силами они могут забыть о любых попытках штурма.
— Что же, будем считать, что с большей частью ваших товарищей мы договорились, — удовлетворённо произнёс я, наблюдая за удаляющейся группой.
— Предатели предпочли ложь, — процедила Шейа.
— Как радикально, — отметил я. — Но, меня ждут дела. Как я уже говорил — вы вольны здесь оставаться, — я спокойно развернулся от протестующих и направился к Цину.
— Ну? — спросил он.
— Это остатки, из самых идейных, — со вздохом ответил я. — Остальные удовлетворились тем, что мы изложим нашу позицию на каком-нибудь ток-шоу. Надо бы позвонить продюсерам ток-шоу «Вечерний Обозреватель». Его натурально все смотрят. Также мне нужен список всех, кто принимал участие в заборе Луди Биллейн в Храм. Нужно, чтобы они пошли со мной.
— А Совет одобрит такое, Лайт?
— У нас нет выбора, Цин, — я повернулся в сторону оставшихся студентов. — Бластеры в оглушающий режим. Также раздай стражам тренировочные клинки, не нужны нам инциденты, в худшем развитии событий, с отсечёнными руками и ногами.
— Будет исполнено, о Великий Магистр, — донеслось от Драллига.
— О, перестань, Цин… Ты никогда не умел в сарказм. Дрался ты уж точно лучше, чем шутил.
— Так и знал, что ты не оценишь, — грустно произнёс он. — А ведь юнлинги всегда смеются с моих шуток.
— Это от того, что они хотят лучшего к себе отношения, Цин… Впрочем, может кто-то действительно ценит твой юмор, помимо Серры Кето…
— Серра? Мне казалось, что она слишком много читала о тебе, — со вздохом произнёс Драллиг. — Порой мне кажется, что она — это ты, только человек и женщина. Как будто мне было тебя мало во времена юнлингства…
— Меня никогда не бывает много, Цин, — со смехом ответил я, обойдя «Тролля» и махнув рукой. — Я в Совет, надо поговорить о наших грядущих деяниях.
В Башне Высшего Совета собрались все, в кои-то веки — в физической форме.
— То есть ты предлагаешь поступить именно так? — спросила Йаддль. — Первый Корусантский канал, учитывая наше влияние, разумеется, согласится. Вот только формат дачи такого интервью меня смущает.
