— Вас снабдят местными эквивалентами.
Безропотно пройдя в белую эмалированную камеру, Фарр разделся. Сопровождающий упаковал одежду в стеклянную коробку и заметил, что Фарр забыл снять кольцо.
— Если бы у меня были вставные зубы, вы бы и их потребовали, — буркнул Фарр.
Исзмиец моментально обозрел прошение.
— Вы совершенно определенно заявили, что ваши челюсти естественны, и без сомнений, — верхние сегменты обличительно уставились на Фарра. — Или здесь допущена неточность?
— Нет, конечно, — возразил Фарр, — они естественны. Я всего лишь пытался пошутить.
Клерк что-то пробормотал в переговорное отверстие Ботаника отвели в соседнюю комнату, и там его зубы подверглись самому тщательному досмотру. «Здесь, пожалуй, отучишься шутить, — сказал себе Фарр. — Чувство юмора у этих людей полностью отсутствует».
Наконец врачи, недовольно покачав головами, вернули Фарра на прежнее место, где его встретил фельдшер в тесной белой с серым форме. В руке он держал шприц для подкожных впрыскиваний.
Пациент отшатнулся.
— Что это?
— Безвредный радиант.
— Не нуждаюсь.
— Это необходимо для вашей же безопасности, — настаивал исзмиец. — Многие туристы нанимают лодки и пускаются в плавание. Случаются штормы, лодки сбиваются с курса, радиант укажет на главной панели ваше местонахождение.
— Я не хочу такой безопасности, — сказал Фарр. — Я не хочу быть лампочкой на панели.
— Тогда вы должны покинуть Исзм.
Фарр покорился мысленно, проклянув фельдшера за длину иглы и количество содержимого.
— А сейчас, будьте любезны, пройдите в соседнюю комнату для трехмерной съемки.
Ботаник пожал плечами и вошел в другую дверь.
— На серый диск, Фарр-сайнх. Ладони вперед, глаза шире.
Он стоял не двигаясь, пока по телу скользили плоские щупальца. В стеклянном куполе сформировалось его трехмерное изображение шести дюймов высотой. Фарр хмуро посмотрел на него.
— Благодарю, — сказал оператор. — Одежду и личные принадлежности вам выдадут в соседней комнате.
Гость облачился в обычный костюм туриста: мягкие белые брюки, смокинг в серую и зеленую полоску, просторный темно-зеленый вельветовый берет. Берет сразу же провалился на уши.
— А теперь я могу идти?
Сопровождающий смотрел в отверстие. Фарр заметил быстро мелькавшие буквы.
— Вы, Фарр-сайнх, ботаник-исследователь?
Это прозвучало так, словно он сказал: «Вы, Фарр-сайнх, легальный преступник?»
— Да, это я.
— Вас ожидают некоторые формальности.
Формальности заняли три часа. Фарр еще раз был представлен полицейскому, и тот его вновь тщательно допросил.
Наконец его выпустили. Молодой человек в желто-зеленой полосатой сзекровской форме проводил его до гондолы на берегу лагуны. Это было тонкое длинное судно, сделанное из одного стручка. Фарра посадили на скамью и переправили в город Джеспиано.
Так началось его первое знакомство с исзмийским городом, который оказался богаче, чем рисовало Фарру его воображение. Дома росли через неравные отрезки длины вдоль каналов и улиц. Их тяжелые шишковатые кривые стволы поддерживали нижние стручки, массив широких листьев и, наконец, верхние стручки, наполовину утопавшие в листве. Что-то мелькнуло в памяти ботаника, какое-то воспоминание. Та же пролиферация ветвей, стручки — точь-в-точь увеличенный спорангий. Та же криволинейная нестрогая симметрия Те же характерные цвета: темно-синий на мерцающем сером фоне, пламенно-оранжевый с алым, доходящий местами до пурпурного, черно-зеленый, белый с розовым, слабо-коричневый и черный.
По улицам бродили жители Исзма — тихие бледные люди, надежно разделенные на гильдии и касты.
Гондола причалила. На берегу уже поджидал сзекр, видимо, нижний чин, в желтом берете с зелеными кисточками. Формального представления не последовало, но сзекры тихо обсудили персону Фарра между собой.
Фарр, не видя более причин задерживаться, двинулся к гостинице для космических туристов. Его никто не остановил. С этой минуты исследователь вновь стал вольной птицей, оставшись лишь объектом для слежки.
Почти неделю он отдыхал и слонялся по городу. Путешественников из внешних миров здесь было немного: руководство Исзма, не запрещая туризм полностью, чтобы не нарушать договора о доступности, тем не менее ухитрилось снизить его до минимума. Фарр зашел было к председателю «Совета по экспорту», надеясь взять у него интервью, но был вежливо и непреклонно выставлен секретарем, решившим, что инопланетянин намерен обсудить экспорт низкокачественных домов. Ничего иного Фарр и не ожидал. Он исходил все улицы вдоль и поперек, пересек на гондоле лагуну. И на него тратили время, по крайней мере, три сзекра; они теперь следовали за ним по улицам или, наблюдая, сидели в стручках на общественных террасах.
Однажды он прогуливался вокруг воды и оказался на дальней стороне острова, на песочно-каменистом участке, открытом всем ветрам и всей силе солнечных лучей. Здесь, в скромных стручковых зданиях, стоящих прямо на корнях и отделенных друг от друга полосками желтого песка, жили представители низших каст, Дома были нейтрально-зеленого цвета, а сверху пучок крупных листьев бросал на стручки черную тень.
