Мы свободны в своих действиях, мыслях, собственно как и в бездействии, бездумии. Но обладая этой свободой, мы замыкаем ее саму на себя. Создаем свой кругооборот. Можно соблюдать всевозможные традиции, придерживаться каких угодно правил и пристраивать к своей мозговой конструкции все новые убеждения, но так и остаться в своей плотной, неровной, плохо отесанной скорлупе. Но не огорчайтесь слишком, если не успели сами снять эту ментальную шкуру, наступит момент и та самая "милая дама" мгновенно сдерет с вас все лишнее… Содержит нецензурную брань.
В автобусе было очень душно. Мы ехали уже больше часа, и дышать становилось все труднее. Моя соседка залезла с ногами на сиденье и, перегнувшись через спинку кресла, громко болтала с девчонкой, сидевшей позади меня. Иногда она фальшиво смеялась, как-то взвизгивая при этом, или манерно разводила руками. Похоже, старалась привлечь внимание парней, сидевших на другой стороне, демонстрируя видимую незаинтересованность их присутствием и беспредельное наслаждение беседой с подругой. А те в свою очередь всерьез были увлечены играми на смартфонах, и плевать им было на ее «выступление». Она пару раз задела меня своими пыльными кедами, но я не стала делать ей замечание. Если честно, просто не было желания разговаривать. Я плотно прижалась к окну и уткнулась носом в стекло. Пейзаж пока был довольно однообразным – поля, покрытые сухой желто-серой мертвой травой вперемешку с молодой свежей, и кое-где зеленеющие кустарники.
На весенние каникулы родители отправили меня в лагерь. Они считали, что нагрузки в школе слишком большие, а городской воздух слишком грязный, и мне просто необходимо побыть в веселой компании своих сверстников на природе. В принципе, я не против. Пусть родители отдохнут от меня, а я уж как-нибудь тут продержусь.
Моя соседка уже пару минут сидела молча, уставившись в свой телефон. Я закрыла глаза и стала думать о несуществующем сиреневом платье, которое идеально сядет на мою шикарную (разумеется, в недалеком светлом будущем, когда я похудею) фигуру, как я уверенно приду как ни в чем не бывало на день рождение одноклассницы, снисходительно улыбаясь в ответ на восхищенные взгляды ребят.
– Жвачку будешь?
Я вздрогнула от неожиданности и, открыв глаза, увидела раскосые с поволокой глаза своей соседки. У нее был тот тип вялого лица как будто она только проснулась после того как полдня нежилась на мягкой перине.
– Давай…– промямлила я.
– Меня Аня зовут, – сказала она, скидывая подушечку «Орбита» мне на ладонь.
– Приятно познакомиться. Я Ника.
Оля показалась мне слегка полноватой. Правда, меня это даже немного радовало. Общаться со стройной красоткой мне было бы не комфортно. Если что-то ляпну, будет стыдно. А с девчонкой попроще можно и по душам поговорить.
– Классная футболка. Ты модель?
– Нет… С чего ты взяла?
– Ну написано же.
Точно! На мне же желтая футболка с надписью «EliteModels». Мне дала ее мама, а от кого она досталась ей, я и не спрашивала. Знаю только, что она была уже ношеной, и меня это нисколько не смущало до настоящего момента. Последнее время мне не очень нравилось мое отражение в зеркале – прыщи на лице, которые я постоянно давила, от чего мой нос казался мне большим и красным, полнеющее тело, несуразная стрижка, словно домик на голове. Так что одна растянутая футболка с неподходящей надписью глобально ситуацию не изменит.
– Неет, – рассмеялась я. – Это просто так. Мне ее подарили.
– Ааа… А сколько тебе лет?
– Пятнадцать.
– Ооо! Мне тоже, – сказала Аня, довольно улыбаясь. – Мы, наверное, в одном отряде будем.
– Наверное.
Я опустила глаза и молча выжидала, когда моей соседке надоест вытягивать из меня ответы на свои вопросы.
– Что слушаешь? – спросила она. Видимо заметила, как я тереблю руками наушники.
– Разное. Классику, попсу, рок. Просто понравится песня, я ее добавляю.
– Понятно, – вскользь сказала Аня, уже потеряв ко мне интерес. Теперь она высунула в проход голову, услышав громкие маты – предвестники драки. Я тоже привстала, чтобы увидеть потасовку.
Двое пацанов, выпучив глаза, «плевались» типичными перед началом физических разборок фразами типа «ты че», не взирая на гневные возгласы нашей провожатой. Один взял другого за грудки и бросил к окну, но тот, казалось, еще в полете кинулся в обратную сторону, и вскоре вознаградил обидчика ударом по лицу. Дальше они вцепились друг в друга, и за креслами мне не было видно, что именно там происходит. Я села обратно на свое сиденье. Скучно. Очевидно, что ребят разнимут, сделают выговор, сводят к медсестре, как приедем, и расселят по разным комнатам. А может, еще и телефоны отнимут в качестве наказания.
Вдруг автобус остановился. Кажется, мы наконец-то приехали. Водитель вышел из кабины и открыл большие металлические ворота с облупленной зеленой краской. На территории лагеря было много деревьев, на некоторых уже начали распускаться почки. Нежной щетиной покрывала землю молодая травка. Возбужденно курлыкали какие-то птицы. Последняя неделя марта выдалась жаркой, и природа незамедлительно воспользовалась этим шансом для скорейшего возрождения своих ресурсов.
На площадке за воротами стояло два пустых автобуса. Всех высадили и дальше мы с сумками направились к длинным одноэтажным деревянным постройкам, в которых нам, по всей видимости, предстояло жить. После короткой переклички всех детей распределили по отрядам. Я попала в первый отряд, самый старший.
