Звездный портал полностью

— Давай я выясню этот вопрос, Том. А тем временем было бы небесполезно узнать, как яхта оказалась у тебя.

Стелла занималась изысканиями три дня, но определить производителя не сумел никто. Обнаружились две более или менее сходные модели яхт, но точно такой же — ни единой. Макс попросил Стеллу продолжить расследование.

Символы с яхты поставили Морли Кларка в полнейший тупик. Более того, Макс даже не сумел убедить его, что это не розыгрыш.

— Эти знаки, — твердил Кларк, — не принадлежат ни к одному из алфавитов ни одной из индустриально развитых стран.

Букв оказалось одиннадцать — скорее всего название судна. А рукописный шрифт мешал определить, где кончается одна буква и начинается другая. Макс распознал "О", и только.

Они сидели в кабинете Кларка, за окном которого виднелся городок Мурхедского государственного университета. Светило ласковое солнце, и безветренный воздух прогрелся до сорока градусов.

— Не может быть, Морли, — возразил Макс. — Ты что-нибудь проглядел.

Кларк — стройный, широкоплечий, атлетически сложенный фанатик софтбола [разновидность бейсбола; размеры поля меньше, а игра ведется более крупным и более мягким мячом] — снисходительно улыбнулся:

— Не спорю, Макс, но не вижу, что именно. Может, базы данных не так полны, как предполагается. Но для практических нужд, по-моему, мы чертовски хорошо осведомлены. Вот только твоя абракадабра не подходит ни под какой шаблон. В общем, двум символам нашлись эквиваленты. Один в хинди, другой в кириллице. Из чего следует, что это чистой воды совпадение. Если составить наугад несколько черточек и крючочков, непременно выйдет что-нибудь похожее на букву. — Он поглядел на лежащую на столе фотографию. — Макс, это шутка.

Макс поблагодарил Кларка и поехал обратно на аэродром Челлис, гадая, кто тут шутник, а кто — объект насмешек. Проблема попеременно то озадачивала, то раздражала его. Это непременно какая-нибудь бандитская штучка, иначе и быть не может.

Он ехал по шоссе N_1-29, когда Стелла дозвонилась до него по сотовому телефону:

— Тебе звонят из Колсоновского. Ответишь на звонок?

Уже? Ведь прошло всего два дня!

— Ладно, переключи.

— Хорошо. Да, еще!

— Что?

— На том конце взволнованы.

В трубке щелкнуло.

— Мистер Коллингвуд? — Стелла оказалась права: говорившая будто только что взбежала на пару этажей.

— Да, это Макс Коллингвуд. Чем могу служить?

— Моя фамилия Кэннон. Из Колсоновского института. Насчет образцов, оставленных вами позавчера.

— Ясно.

— Как я понимаю, сейчас вы не у себя?

— Я буду там через десять минут. Что вы выяснили?

— Можно с вами встретиться там? — вопросом на вопрос ответила она.

Темнокожая стройная женщина лет за тридцать, с доброй улыбкой и широкими скулами, в темно-синем деловом костюме и с кожаным портфелем в руках, едва сдерживала волнение. Визитная карточка именовала ее заведующей лабораторией Колсоновского института.

— Рада познакомиться, мистер Коллингвуд, — протянула она руку для пожатия. — Я Эйприл Кэннон.

— Не ожидал вас увидеть так скоро, — сказал Макс, принимая у нее пальто.

Она лишь заговорщицки улыбнулась, потом села, положив портфель на колени, и пристально поглядела на Макса.

— Признаюсь, обычно мы не доставляем заказы на дом, мистер Коллингвуд. Но мы с вами знаем, что столкнулись с чем-то весьма необычным.

Макс кивнул, словно так и предполагал.

— Где вы это взяли? — Ее взгляд стал пронзительным.

Макс на мгновение задумался, не удержать ли источник в секрете. Впрочем, какого черта! Об этом было по телевидению.

— Она была зарыта на границе.

— Яхта? Та, что нашли на ферме?

Макс молча кивнул.

— Яхта. Ну, черт меня подери! — Эйприл уставилась невидящим взором в пространство. — Можно на нее посмотреть?

— Разумеется. Там уже перебывала куча народу. — Макс заметил, что мысли Эйприл витают где-то далеко. — Так что же вы хотели мне сообщить?

— Позвольте задать вам один вопрос. — Она пропустила его реплику мимо ушей. — Вы больше нигде не оставляли эти образцы?

— Нет.

— Хорошо. — Она расстегнула портфель, извлекла оттуда папку и протянула Максу. — Как у вас с химией?

— Плоховато.

— Ничего страшного. Послушайте, мистер Коллингвуд...

— Полагаю, разговор пойдет быстрее, если вы будете звать меня просто Макс.

— Ладно, Макс, — улыбнулась она. У Макса сложилось впечатление, что она его не видит. — У Колсона оборот маленький. Я делала анализы собственноручно. Больше никто не знает.

— Не знает чего?

Она указала на папку.

Открыв ее, Макс увидел одностраничный формуляр.

— Может, переведете это для меня на нормальный язык?

— А нас не подслушают? — огляделась Эйприл.

— Нет, — изумленно отозвался Макс.

— Ладно. Материал волокнистый. Волокна весьма тонки и переплетены между собой. — Тут ее голос снизился почти до шепота. — У него атомный номер сто шестьдесят один. Это трансурановый элемент.

— Что значит трансурановый?